Книга Книжный магазинчик на острове, страница 62 – Джули Питерс

Она спустилась на первый этаж. Эбба караулила за кухонной дверью – завтрак уже готов, осталось только поджарить блинчики, дело пяти минут. Она повязала фартук и распахнула дверь.

— Мойн! – весело поприветствовала она Фрике Вальгрен. – Надеюсь, хорошо спали?

Гостья едва оторвала взгляд от телефона.

— Мойн, – пробормотала она, погруженная в свои мысли, и вышла на улицу прежде, чем Эбба успела позвать ее к столу. Дверь хлопнула.

— Ты видел?

Эбба вернулась на кухню и покачала головой. Виллем буркнул что-то из-за газеты – конечно, ничего он не видел. Ему-то и здесь хорошо. А вот Эбба все сильнее мечтала о другой жизни. Другое море, другой город. Вообще – просто город. Не видеть изо дня в день одни и те же несколько сотен физиономий. Не уезжать из дома на целых два дня, если захотелось посетить театр или выставку в Бремене. В Гамбурге, воротах в мир, они не были уже четыре года!

Она включила плиту и тихонько ворчала себе под нос, пока Виллем наконец не выглянул из-за газеты.

— Ну что еще? – спросил он со вздохом.

— Да ничего.

— Ну вижу же, что-то есть.

Она усмехнулась. Прямо как в скетчах Лорио^[5] – вот до чего они дошли. А она любила Лорио.

— Ничего. Просто эта Фрике…

Он снова скрылся за газетой, но потом сказал:

— Она вчера была у старины Хансена. У отца своего.

Эбба насторожилась.

— Он ее отец?

— Угу, – промычал Виллем.

— Из тебя что, каждое слово клещами тянуть? – возмутилась она. – Откуда ты знаешь?

— Что знаю?

— Что она его дочь, Господи помилуй.

— Он сам рассказал. Мол, видел ее. Имя-то редкое – вот я и понял.

— И что?

— Что «что»? – Рука его появилась из-за газеты и безошибочно нашла чашку с кофе. Годы тренировок. – Думал, тебе интересно.

— Да что толку. Через пару недель его не станет, – вырвалось у нее.

Она прикрыла рот ладонью. Блинчик тихо шкворчал и потрескивал на сковороде. Виллем выглянул из-за газеты – медленно, как древняя черепаха, поднял лысую голову в венчике седых волос.

— Как сказать, – протянул он. – Насколько я знаю, у него больше никого нет.

— Да говори уже, к чему ты клонишь? – Она начинала терять терпение.

— Дом. Вряд ли он оставит его Обществу спасения на водах.

«С него бы сталось, – подумала Эбба. – Хотя нет, не оставит. Или все-таки?..»

Тут ее осенило.

— А блины? – крикнул ей вслед Виллем, когда она выскочила за дверь. – А магазин?

Звякнул колокольчик над входом, заглушив его слова.

— Сам справишься! – весело откликнулась она.

У Эббы появилась цель. И ради нее она готова была поставить на карту все. Она зашагала на другой конец деревни.

Фрике не знала, ждал ли ее Бенгт, но от одной мысли о нем на душе становилось теплее.

Со встречей с отцом придется повременить. Потом, решила она. Сначала – закончить статью, разобраться с мыслями. Нужно скорее домой. Может, после обеда найдется время для Оле. Она надеялась, что он поймет.

Она свернула с мощеной дорожки на тропинку – ту самую, которую Бенгт показал ей вчера: по ней можно было дойти до вагончика, не вспугнув его пестроносых крачек. Из трубы уже вился дымок. Хотя на дворе был май, погода снова выкинула фокус: дождь лил как из ведра, и Фрике оказалась к этому совершенно не готова, как и к пронизывающему ветру, который хлестал водой почти горизонтально. Она промокла до нитки в одной блузке и тонкой вязаной кофточке – подарке Эммы на день рождения.