Книга Аромат прозрачной ночи, страница 75 – Тихая Аканэ

— Я к тому моменту уже три года работала в книжном магазине. Однажды ночью зазвонил телефон. Я подумала было, что это розыгрыш, но на дисплее высветился домашний номер. Мама обычно звонила с мобильного – и никогда так поздно. Тут я вспомнила про брата. Но мы уже больше десяти лет не разговаривали. Наверное, в глубине души я считала, что время ушло. И не взяла трубку. Телефон еще некоторое время трезвонил, потом затих.

…Я выдыхаю. Кажется, будто откуда-то из угла на меня пристально смотрит брат. «Саку-сан!» – зову я. В темноте скрипит кресло, и на полу появляется круг света от торшера.

— Хочешь на этом остановиться? – бесшумно приблизившись, спрашивает Саку-сан. Я качаю головой. – Хорошо. – Белая рука нежно гладит мои волосы, после чего он возвращается к своему креслу.

— На следующий день я отправила матери сообщение. Она ответила, что сейчас в командировке. Я работала в утреннюю смену, так что из магазина поехала в родительский дом.

…Помню слишком яркий свет в полупустом вагоне метро. С утра шел дождь, но он уже прекратился, а пока я была в поезде, из-за серых облаков выглянуло солнце. Пассажиры вдруг оживились, и я, проследив за их взглядами, увидела на горизонте радугу. Зрелище было прекрасным, но по спине у меня отчего-то пробежал холодок.

Дома у матери я не бывала уже давно, и он показался мне куда более старым, чем помнилось, а присев, чтобы снять обувь, я почувствовала запах плесени. Половицы в коридоре скрипели тоже сильнее, чем раньше. В гостиной и на кухне не обнаружилось никаких следов человеческого присутствия. Неужели брат настолько от всего отгородился? Впечатление было тягостное. Вздохнув, я начала подниматься по лестнице – ступенька за ступенькой. На подходе ко второму этажу, когда мои глаза оказались на одной линии с полом, я замерла.

Дверь в комнату была приоткрыта примерно на треть. Сперва я решила, что это моя, но нет, это была комната брата. Оттуда в темный коридор падал голубоватый свет монитора, и в этом светлом пятне протянулись две тонкие тени – такие бледные, будто вот-вот растворятся вовсе.

Я поднялась еще на ступеньку выше. Теперь за порогом комнаты показались пальцы. Босые ступни. Еще шаг – и я увидела, что они висят в воздухе. С большого пальца что-то капало на пол. «Что там творится?» – подумала я, и правда ничего не понимая. Потом заглянула в дверной проем и увидела своего брата во весь рост.

— Он повесился. На электрическом шнуре. Если честно, я его даже не узнала. Это был какой-то незнакомый мужчина, лицо вздувшееся, изо рта течет слюна. Мне показалось, к нам в дом кто-то забрался и специально покончил с собой в комнате брата.

…Неужели именно такие мысли были тогда у меня в голове? Рассказывая, я как будто вижу себя со стороны. Говорить легче, чем я ожидала: слова, которых никто до сих под не слышал, срываются с губ словно сами собой, без моего участия.

— Но это был мой брат. Тот самый. Это он пытался дозвониться до меня ночью. Мать оставила на холодильнике записку с номерами членов семьи – на всякий случай. Получается, я бросила его дважды.

Некоторое время Саку-сан молчит, будто понемногу впитывая повисшие в воздухе слова. Я уже начинаю думать, что он так ничего и не скажет, и хочу подняться, чтобы уйти, но он спрашивает: