Книга Попаданка-Акушерка: на Службе у Князя!, страница 82 – Инесса Голд

— Ему нужен месяц полного покоя, - сухо констатировала я, переводя разговор на чисто медицинские рельсы. - Никаких нагрузок на руку. Артерия заживает медленно, и малейший подъем тяжестей сорвет швы. Передайте вашим людям, чтобы не пытались задействовать его в охране особняка.

Мстислав коротко кивнул.

— Об этом можешь не беспокоиться. Игнат целиком принял командование.

К полудню погода испортилась вовсе. Ледяной ветер с реки гнал по стеклам спальни Авроры тяжелые, грязные капли мокрого снега. Стекла в деревянных рамах дребезжали под порывами бури, но внутри комнаты было тепло - истопники по приказу князя топили печи левого крыла на совесть, закидывая в топки качественный антрацит. Из вентиляционных ходов больше не пахло застоявшейся пылью, воздух был чистым, хотя и сохранял слабый, больничный запах дезинфекторов.

Я сидела у изголовья Авроры, отмеряя темные, пахнущие железистым окислом капли нового препарата в стакан с водой. Ее анемия, вызванная систематическим отравлением свинцовым сахаром, требовала долгого, кропотливого лечения. Девочка выглядела спокойнее, синяя полоса на ее деснах медленно теряла свою интенсивность, но ее тело все еще оставалось очень слабым, а кожа сохраняла прозрачную, пугающую бледность. На белоснежной наволочке по-прежнему лежали тонкие темные пряди ее выпавших волос - немое напоминание о том, как близко подобралась смерть.

Аврора послушно выпила горькую жидкость, поморщившись от металлического привкуса, и откинулась на подушки. Рядом с ней на одеяле лежали пяльцы с неоконченной вышивкой - сегодня она вышивала не мрачные узоры, а простые зеленые листья папоротника, схемы которых я набросала ей вчера углем.

— Мне легче дышать, Зоя, - прошептала она, едва заметно улыбнувшись. - Только в груди все время как будто тяжелый камень лежит, когда ветер за окном воет.

— Это отголоски перенесенного спазма, - я положила теплую ладонь на ее живот поверх одеяла. Матка больше не напоминала каменный шар, мышцы были относительно мягкими, но я чувствовала, как плотно прижаты ткани. - Вашему телу нужно время, чтобы вывести всю грязь. Отдыхайте и не думайте о том, что происходит за дверью.

Служанка принесла на подносе обед - простой, но сытный ячменный бульон с куском хорошо проваренной говядины и ржаной хлеб. На острове не было кулинарных изысков, но снабжение работало без перебоев, и продукты доставлялись исправно. Я заставила Аврору съесть несколько ложек, понимая, что белок сейчас - ее главное лекарство против истощения.

Сумерки сгустились быстро, превратив серый день в глухую, непроглядную ночь. Шторм на реке разыгрался не на шутку, ветер выл в вентиляционных ходах старого камина, заставляя пламя свечей в коридорах испуганно дрожать. Из-за поломки генератора особняк по-прежнему оставался без электричества, и редкие керосиновые лампы давали лишь слабые, выхватывающие углы круги желтого света. Каждая половица в коридоре левого крыла по-особенному скрипела под шагами патрульных жандармов.

Я как раз заканчивала стерилизацию инструментов из набора Платона Добротнова в кухонной пристройке, когда пол под моими ногами мелко, но ощутимо вздрогнул.

Это был не гром и не порыв ветра. Глухой, металлический удар донесся из самых глубин подвала, сопровождаемый протяжным, свистящим шипением пара. Давление в котлах резко упало, и редкие электрические угли в лампах, которые механики пытались запустить последние часы, погасли совсем. Особняк мгновенно погрузился в кромешную тьму.