Книга Попаданка-Акушерка: на Службе у Князя!, страница 35 – Инесса Голд

Убедившись в стабилизации пульса, я оставила у постели княжны дежурную горничную и направилась в библиотеку особняка. Мне нужно было тихое, хорошо освещенное место, чтобы разобраться с главным трофеем этой ночи.

Просторный зал тонул в полумраке, пахло старой кожей переплетов, дорогой бумагой и едва уловимым ароматом табака князя Мстислава. Я включила зеленую электрическую лампу на массивном столе, опустилась в кресло, стараясь держать спину идеально ровно из-за протестующих ребер, и раскрыла затертый "гроссбух" старой Зои.

Меня ждал полный тупик. Страницы пестрели не просто столбцами цифр. Моя криминальная предшественница, защищая свои грязные секреты, использовала дикую, параноидальную смесь из латинских аптекарских символов - знаков унций, драхм, алхимических обозначений свинца, спорыньи и мышьяка - вперемешку с обрывками слов. Мой мозг, привыкший десятилетиями расшифровывать чудовищные кардиограммы и неразборчивые почерки терапевтов, откровенно буксовал. Мне катастрофически не хватало ключа. Какого-то одного имени, даты или кодового слова, чтобы алгоритм заработал и выдал мне доказательства против Лязгова. Воспаленные от усталости и недосыпа глаза предательски слезились.

Тихий скрип дубовой двери заставил меня рефлекторно вскинуть голову, машинально накрывая тетрадь тяжелым анатомическим атласом.

В библиотеку вошел доктор Платон Добротнов. Хирург остался в особняке на ночь, чтобы проконтролировать состояние вчерашней служанки с флегмоной шеи - жест истинного профессионала, не бросающего прооперированных больных. Он был без своего безупречного сюртука, в одном строгом жилете поверх белоснежной рубашки, и выглядел непривычно измотанным.

Платон не стал рассыпаться в светских любезностях, извиняться за вторжение или оценивать мой растрепанный внешний вид. Он просто выдвинул стул и сел напротив, глядя на меня с глубоким, серьезным интересом исследователя, обнаружившего неизвестный науке феномен.

— Днем я заезжал в свою столичную клинику, Зоя, - без лишних предисловий начал доктор, понизив голос до доверительного шепота. - И привез оттуда весьма скверные новости. В медицинских кругах и полицейских участках Златограда сейчас крайне неспокойно. Ищейка Демида Лязгова, следователь Никанор, копает под вас с пугающей эффективностью.

Я молча сцепила руки в замок поверх обложки атласа, подавляя желание потереть саднящие глаза.

— Он собрал свидетелей из Заречья, - Платон чуть подался вперед, опираясь локтями о столешницу. - Они подтвердили под протокол, что прежняя Зоя плотно сидела на маковой настойке, была полуграмотной и никогда в жизни не использовала латынь. Ваша внезапная трезвость, отсутствие опиумной ломки и блестящие хирургические навыки стали для него главной уликой. Никанор уверен, что вы - внедренный агент. Он готовит ордер на ваш арест по подозрению в шпионаже и убийстве. Завтра или послезавтра вооруженные жандармы придут на этот остров. И даже князь Патронов при всей своей колоссальной власти не сможет проигнорировать официальную бумагу без публичного, разрушительного скандала.

— Отличные новости на ночь глядя, - криво усмехнулась я, чувствуя вкус горечи на губах. - И что вы предлагаете, доктор? Зашить меня в матрас или бежать вплавь до Москвы?