Онлайн книга «Дневник Берии»
|
Голос Маклина стал жестче. — Думаете, вы еще недостаточно продали? — Послушайте, – настаивал я, – я заключу сделку сам – верну «Берн, Хирш» деньги, если они гарантируют мне приличный аванс за правдивую историю. Вы можете помочь мне решить этот вопрос? Маклин заулыбался. — Мэллори, я не литературный агент. Да и вряд ли ребята из издательства «Берн, Хирш» питают к вам нежные чувства! Но я вот что скажу. Если вы с девушкой вернете свою часть денег, это значительно облегчит жизнь всем – и вам, и нам. – Он мрачно кивнул, а затем добавил: – Кстати, вам лучше обзавестись новыми паспортами – по крайней мере, пока не минует самая горячая пора. – Маклин протянул мне пару новехоньких британских паспортов. – Отныне пользуйтесь ими. Если повезет, они полностью собьют их с вашего следа. В моем паспорте я был указан как Ричард Грэнвилл Форсайт, торговый представитель, родился в Бромли, Кент, в 1935 году. Фотография взята с обложки моей последней книги, в паспорте даже стояли въездные и выездные отметки аэропорта Куантран, Женева, и штамп службы безопасности аэропорта Жилло. А Татана была указана как миссис Лаура Форсайт, урожденная Мальтини, домохозяйка, родилась в Милане в 1940 году. В ее паспорте были такие же штампы о въезде и выезде, и оба паспорта были действительны в течение десяти лет, начиная с даты шестью с половиной неделями ранее. Нам даже были предоставлены необходимые сертификаты о вакцинации от холеры и оспы, выданные Министерством здравоохранения Швейцарии в Женеве. Не хватало только наших подписей. Я чуть было не спросил их, как им удалось это сделать в такие короткие сроки – ведь прошло не более двадцати четырех часов, – но решил, что вопрос прозвучит наивно и в то же время немного дерзко. Это были настоящие профессионалы; более того, они предлагали мне – если были честны – именно ту сделку, о которой я тайно молился с тех пор, как узнал о смерти Бориса. Когда мы все встали, Маклин дал мне визитку. На ней было написано: «Мишель Друэ-Лемон. Ко. Франс-Африк Навигасьон», ЮАР». Далее следовали два адреса и телефонных номера: в Сен-Дени и Сен-Поле. — Он ваш связной, – пояснил он, – на случай, если что-то пойдет не так и вы захотите кому-нибудь из нас позвонить. Никто из них не улыбнулся. — Мы вам доверяем, Мэллори, – сказал Маклин, – потому что не держим вас за дурака. Если вы хотите жить или хотя бы остаться на свободе, вы должны нам доверять. Попробуете сбежать – даже с этими новыми паспортами – и увидите, как далеко вы доберетесь. — Сдадите меня русским? — Нам это не понадобится. Мы просто позволим русским вас найти. Потребуется время, но они вас найдут. Меньше всего мы склонны недооценивать противника. Внезапно у меня возникло неприятное подозрение, что это может быть самым удобным для них решением: выдать нам обоим новые удостоверения личности, затем предупредить КГБ и позволить им сделать свою работу, оставив руки ЦРУ чистыми. Но, как сказал Маклин, я должен им доверять, иначе рисковал закончить так же, как Борис. — Что ж, удачи, – сказал Тед Уэнджер. — И не волнуйтесь, – добавил Маклин. – Просто расслабьтесь и держитесь. Помните, отель «Бельвиль», Силао. На этот раз мы пожали друг другу руки. Как только они ушли, я поднялся наверх и разбудил Татану. Когда я рассказал ей о двух визитерах, она пришла в ярость. |