Книга Когда родилась луна, страница 82 – Сара А. Паркер

Проклятье.

— Ты оставишь свой вельд у двери.

— У меня их три, Лунный свет.

— Тот, что с драконьим пламенем, сир.

Между его бровей появляется морщинка, которая исчезает в следующее мгновение, когда он опускает руку в карман и достает свой вельд, а затем подбрасывает его в воздух. Идеальная точность: он падает прямо в мою протянутую ладонь.

Я швыряю его в коридор, слыша, как он с грохотом падает на камень.

Это просто чушь собачья.

Я прохожу дальше в комнату и осматриваю рабочий стол, заваленный банками с настойками, склянками, чашами, гравировальными палочками и контейнерами, набитыми медицинскими инструментами. Слишком много вещей, напоминающих мне об Эсси.

Чем быстрее с этим будет покончено, тем быстрее я смогу уйти.

С замиранием сердца я подхожу к креслу, расстегивая пуговицы своей свободной туники.

— Я пошутила насчет секса втроем, – отрезаю я, подчеркивая последние слова и уничтожая короля взглядом. – Не существует такой реальности, в которой я бы охотно трахнула тебя.

Он не отрывает от меня взгляда и говорит так тихо, что я едва слышу:

— Повернись, Лунный свет. Садись в кресло, чтобы Бея могла начать.

Я стискиваю зубы так сильно, что удивляюсь, как они не крошатся, сжимая в пальцах тунику. Нет ни малейшего смысла в том, что они будут разглядывать мою изодранную в клочья кожу.

Ни малейшего.

Я гораздо сильнее, чем эти раны на моей спине, а история, которую они рассказывают, – это гулкое эхо, и я не хочу, чтобы его кто-то услышал. Эхо, которое я скорее унесу с собой в могилу, чем буду сидеть здесь весь сон, пока они будут ужасаться, пытаясь как-нибудь все исправить.

Позади себя я чувствую, как Бея приближается, ее руки помогают мне спустить тунику, обнажая плечи.

Она ахает и замирает.

Обойдя меня сбоку, она скользит блестящим взглядом по моему обнаженному телу от шеи до пупка, на ее глазах выступают слезы.

В замешательстве я смотрю на ее мантию, застегнутую на большее количество золотых и алмазных пуговиц, чем я когда-либо видела на ком-то, и моя кровь леденеет при виде той, что ближе всего к ее затылку. Крошечный дракончик, извергающий пламя.

Этой руни не нужен драконий огонь, чтобы зажечь след прошлых рун, потому что она наделена драконьим зрением. Она может видеть их своими глазами.

А это значит, что она видит…

Все.

— Что такое? – Голос короля разносится по комнате, словно взмах меча, и мое сердце пропускает удар.

Еще один.

Бея встречается со мной взглядом, и я едва заметно качаю головой.

Пожалуйста, не надо.

Пожалуйста, не заставляй меня возвращаться в то место…

— Ничего, сир, – шепчет она, моргая и смахивая слезу со щеки.

Облегчение захлестывает меня, как глоток ледяной воды.

— Повреждения более значительные, чем я ожидала. Мне нужно будет достать еще кое-что из кладовки в конце коридора.

Кивнув королю, Бея выходит из комнаты и закрывает за собой дверь, освобождая пространство комнаты, и все же оно ощущается заполненным.

Я прочищаю горло, теребя пальцами тунику, и тишина между нами становится осязаемой. Как мягкая субстанция, из которой можно вылепить одно из двух: боевой рог или развевающийся белый флаг.

— То,– хриплю я, указывая подбородком на стол с настойками,– что ты привел руни, чтобы помочь мне, ничего не меняет.

— Я бы удивился, если бы изменило. – Он отталкивается от стены, двигаясь ко мне. – Потрать это время на заточку своих клинков. По крайней мере, пока Бея не приступит к лечению.