Книга Когда рушатся миры. Проект "Голубой Марбл", страница 56 – Наталья Томасе

И где-то глубоко внутри зародилось новое чувство — тихая, но крепкая уверенность в том, что она способна на большее.

Прошли дни.

Дона менялась — внешне и внутренне.

Лилис наблюдала за ней с тихой гордостью, а Сат — с удовлетворением, которое он не пытался скрывать. В лаборатории царили свет, смех, запахи масел и ощущение, будто здесь рождается новая жизнь.

… Не успел Бари открыть глаза, как в мозгу отчетливо послышалось: «Надо найти какое-то объяснение для Герра.»

Он посмотрел на свернувшуюся калачиком Лилис.

Та спала спокойно, доверчиво, как будто весь мир был в порядке. Бари почувствовал лёгкое, почти мальчишеское удовлетворение: он выкрутится. Он всё объяснит. Он всё контролирует.

«Скажу, что отправил её по делам на Тильбюри», — решил он, осторожно поднимаясь.

Хитрая улыбка сама собой скользнула по губам.

Но когда он спустился на планету — мир рухнул.

В саду, среди зелени и солнечных бликов, стояли Герр и… Лилис.

Женщина повернулась, и перед взором Бари предстал выпирающий округлый живот и увеличившаяся в размере тяжелая грудь.

Бари пошатнулся. Колени подломились сами собой, будто тело перестало слушаться. В груди что-то болезненно сжалось, словно туда вбили раскалённый клин.

Он почему-то в этот момент вспомнил первую стычку с Сатом из-за Лилис, которая позволила себе тогда, в присутствии Сата, восхищаться знаниями Бари.

Аресец согласился, но обвинил Главного Конструктора в чрезмерном спокойствии, граничащем с безразличием. И «добил» последнего отсутствием возбуждения как такового.

Бари с разворота заехал Сату в скулу.

Пока пострадавший приходил в себя от неожиданного удара, передёргивая лицом и тряся головой, у Бари на губах висела торжествующая улыбка победителя.

Он, глядя куда-то в сторону, тихо, словно самому себе, проговорил, как будто читая из справочника по физиологии:

— Реакция живой клетки на раздражение.

Потом хмыкнул и добавил:

— Похоже, любезный, с возбуждением у меня все в порядке, а если учесть, что..., — он слегка мотнул головой в сторону Лилис, — очень возбуждает меня, то у меня не просто все в порядке, у меня все в ПОЛНОМ порядке.

Лицо Сата тогда стало словно почерневшее небо, а его глаза из двух горящих угольков превратились в «пожарище», метающее огненные стрелы, готовые испепелить обидчика. Он, злостно прохрипев: «Я тебя пор-ву-у-у!» бросился на Бари, стараясь вцепиться ему в горло.

Бари, ожидавший такой реакции от аресца, с легкостью увернулся от рук Сата. Драку прекратила Лилис, встав между «забияками».

Тогда он чувствовал себя триумфатором.

А сейчас…

Сейчас он стоял, как оглушённый. Как будто кто-то вырвал у него почву из-под ног. Лилис — его Лилис, его вдохновение, его слабость — стояла теперь перед ним, словно корова, нет, огромный бегемот, и глупо улыбалась.

— Мы хотели сделать тебе сюрприз, — немного виновато произнесла она.

Сюрприз.

Слово ударило по нему, как пощёчина.

Бари не ответил.

Он просто развернулся и побежал — не шёл, не уходил, а бежал, как человек, которому нужно спастись от собственного сердца. Он влетел в свои покои и застыл в дверях. Лилис, закинув руки за голову, сладко и беззаботно спала на мягких подушках.

— Первозданный хаус! — прошептал Главный Конструктор себе под нос. — Они оба меня переиграли!