Книга Когда рушатся миры. Проект "Голубой Марбл", страница 55 – Наталья Томасе

И ушёл.

Дона снова рассмеялась — легко, звонко, как человек, который впервые за долгое время чувствует себя в безопасности.

А Лилис…

Лилис не рассмеялась. Её улыбка дрогнула, будто кто-то невидимый провёл по ней холодным пальцем. На мгновение взгляд стал рассеянным, задумчивым. Она опустила кисточку, будто забыла, что держит её в руке.

— Ты в порядке? — спросила Дона, заметив перемену.

Лилис моргнула, возвращаясь в реальность, и попыталась улыбнуться.

— Всё хорошо, — сказала она. — Просто… Сат иногда говорит слишком прямо.

Но это была не вся правда.

Внутри у неё что-то сжалось. Имя Бари, произнесённое вслух, отозвалось неожиданной болью — тихой, тянущей и тоскливой. Она давно не видела его и скучала. Скучала так, как не позволяла себе признать. Ей не хватало его голоса, его тепла и внимательного взгляда.

Она глубоко вдохнула, пытаясь вернуть себе привычную лёгкость, но внутри всё ещё звенела негромкая, болезненная нота — имя, которое она не произносила вслух уже много дней.

Бари.

— Ладно, — сказала она, уже ровным голосом. — Давай закончим. У нас ещё много работы.

Но в её глазах всё ещё оставалась тень — тень того, кого она не хотела вспоминать… и всё же вспоминала. Лилис отвела взгляд, будто боялась, что Дона увидит в нём слишком много.

Чтобы привести себя в чувства, она встала, подошла к столу, взяла маленькое золотистое зернышко и зажала его в ладони. Зерно сразу откликнулось — нагрелось, будто живое, и лёгкое покалывание пробежало по её пальцам.

— Что это? — спросила Дона, наблюдая за ней.

— Источник энергии, — ответила Лилис, стараясь говорить ровно. — Он не просто бодрит. Он усиливает способность чувствовать… ясно. Без лишних эмоций.

Она положила зерно в рот и проглотила.

Через несколько секунд её плечи расслабились. Взгляд стал чище, спокойнее. Тень в глазах растворилась, будто её смыло мягкой волной тепла.

— Вот так, — сказала она, выдыхая. — Иногда нужно немного… ясности.

Дона кивнула, не до конца понимая, но чувствуя, что в этот момент Лилис была не только Избранной, но и женщиной, которая умеет скучать, сомневаться, прятать боль и возвращать себе силы.

Закончив с масками, женщины прошли в оранжерею. Каждое растение светилось своим оттенком.

— Они реагируют на эмоции, — сказала Лилис. — Попробуй.

Дона протянула руку.

Одно из растений вспыхнуло мягким розовым светом.

— Оно… чувствует меня?

— Да. И ты можешь научиться чувствовать его. Это поможет тебе понимать Герра лучше, чем он понимает себя. И между вами будет новая связь — не только телесная, но и эмоциональная.

Дона выполняла всё, чему её учила Лилис.

Сначала — осторожно, неуверенно, словно боялась сделать лишнее движение. Потом — с интересом, с азартом, с тем тихим упорством, которое в неё заложил Сат. И постепенно, почти незаметно для самой себя, она начала меняться.

Её кожа стала светиться мягким внутренним сиянием, будто в ней поселился тёплый свет.

Её движения стали плавнее, увереннее.

Её взгляд — глубже, спокойнее, осмысленнее.

Она научилась слышать своё тело, понимать свои эмоции, управлять своим состоянием. Но главное — изменилось не лицо и не тело. Изменилась она сама.

Она стала ощущать себя нужной. Не приложением к Герру, не тенью, не частью чьего-то эксперимента — а самостоятельной, значимой, незаменимой. Она почувствовала, что может влиять на мир вокруг, а не только подстраиваться под него.