Книга Измена. Уже не больно, страница 3 – Ксения Хиж

Сама ведь не видела… Мотаю головой, включая воду. закрываю глаза. Мой Василий работает днем в офисе в фирме моей матери, а по вечерам таксует. Ему просто некогда мне изменять. Да и любит он меня! И у нас это взаимно и сильно. Мы любим руг друга и точка. Дрожу под струями горячей воды. Поднимаю взгляд и вижу в настенное зеркало свои уродливые шрамы. Это кипяток. В мои шесть лет мать оставила меня одну, как, впрочем, и всякий раз до этого… Лет с четырех я сидела дома одна сутками. Однажды даже трубу прорвало, и я не знала, что делать. Ревела, когда квартира наполнялась водой. Был залит весь пол, сантиметров на десять, но дверь вскрыли спасатели. А мать пришла позже… В тот день она тоже ушла к подруге. Сказала, что сварила пельмени, а сама лишь поставила ни нах воду и забыла. Она тогда часто пила вино и домом и мной не занималась. Я голодная и одинокая до вечера сидела одна. Мне было уже привычно. И в тот день, закрыв за ней дверь, я направилась на кухню, мне так сильно хотелось есть. Но пельменей не было, а кипяток был. Помню только адскую боль, когда кастрюля перевернулась, заливая мне грудь. Телефонов тогда ещё не было, а мама ушла до вечера. Меня без сознания нашла бабушка, а кожа тогда с меня почти сошла. Закрываю глаза. После смерти бабушки Вася стал моей единственной опорой и поддержкой. Мы одногодки, но он всегда был взрослее меня. Я с ним как за каменной стеной. А мама, так и осталась для меня чужой, словно посторонней женщиной, для которой я всегда была обузой. И тем не менее она взяла Василия на работу в свою фирму, которую открыл ее новый обеспеченный муж… Проявила заботу. — Я сразу после работы на заказ, — говорит муж, когда я беру трубку. — Приеду как всегда ближе к полуночи! Сегодня пятница, заявок будем много и, если ценник будет хороший, могу задержаться и часов до трех! — Так поздно, — вздыхаю. — Не хочу оставаться дома одна. — Ну позови Маргошу, подружайку свою! — Цокает он. Предлагает, а сам знает, что она в наш дом не придет. С тех пор как они поссорились, ноги ее здесь не было. Они друг друга на дух не переносят. Моя подруга бойкая и за словом в карман не полезет. Она не скрывает, что считает его неподходящей мне парой, а его и вовсе маменькиным сынком. Кот Василий, зовет она его и чуть ли не плюется. Да, возможно он действительно и в сравнение не идет с ее парнем. Тот у нее высокий и спортивный, мой же Вася худощавый и выглядит младше своих лет, но зато он меня ценит. И любит. Хмыкаю, когда думаю о подруге. Давно я с ней не виделась и не общалась, она, кажется, работу новую искала, надо бы позвонить узнать, как дела, посплетничать. — А вообще, погоди, заеду сейчас, перекушу и переоденусь! Разогревай еду! — Торопливо говорит он и отключается. Киваю. Сую ноги в тапочки, встаю с дивана и иду на кухню. Ставлю на плиту суп и включаю чайник. Меня бьет мандраж, уже мысленно прокручиваю наш предстоящий диалог. Обязательно спрошу у него, что за звуки там были… Спустя полчаса муж появляется на пороге. Целует меня, сгребая в охапку, нюхает мои волосы. Он обожает мой запах. — Ну как ты? Грустишь? Или мне кажется? — Нет, все нормально. — Выдыхаю, натянуто улыбнувшись. Смотрю на него холодным взглядом.

Пытаюсь увидеть его другого. — Почти. — Не расстраивайся, что тест отрицательный! — он разувается. Проходим в спальню, где он скидывает с себя рубашку и брюки. — Все еще будет! Ты обязательно забеременеешь. Чмокает меня в лоб, направляясь на кухню. — В душ? — спрашиваю у него, а сама думаю про брошенную на постель рубашку. — Не-а. Так поеду! Я не замарался, негде было! — смеется Вася. Хмыкаю, скрещивая руки на груди. Он садится в одних трусах за стол, хватает с тарелки кусок ветчины и ломтик огурца, смотрит на кастрюлю с супом. Берусь его обслужить. Наливаю суп, режу хлеб, делаю ему чай с сахаром. — Как на работе дела? — спрашиваю. Ожидая ответа, пристально смотрю на него. — Да нормально, работа как работа, — отмахивается он, жуя. — А что? — Просто… Звонила тебе сегодня… — Да, я видел. Сбросил, потому что занят был, совещание как раз начиналось. — С кем? Сбросил он! Хотел сбросить мой вызов, а сам принял… И ведь потом даже не позвонил! Меня начинает трясти. Вранье слышу в каждом его слове. И все же не могу до конца поверить. Влюбленное сердце боится быть разбитым и верит до последнего… Со мной, с нами не могло такого произойти. — Ну как с кем? Мама твоя была, юристы, менеджеры. Все в общем. — Ясно, — киваю. Набираю в легкие воздуха. Мои руки мелко дрожат, а ладони потеют. Во рту пересохло, язык не шевелится, но я медленно выдыхаю и говорю: — Я слышала кое-что… Он вскидывает голову, смотрит на меня хмуро. Вроде как ничего не понимает. Или так искусно делает вид… — Ты о чем? — замирает, переставая жевать. — Ты мне изменяешь? — спрашиваю в лоб. — Скажи честно. Он несколько секунд смотрит на меня молча, а потом с шумом выдыхает. Закатывает глаза и усмехнувшись принимается черпать ложкой суп. Молча ест и лишь усмехается. А меня еще больше трясет. — Почему ты молчишь?! — пересказывать то, что слышала нет сил. Даже вспоминать дурно, но ее крики и стоны звучат в голове. Тут две беды — изменил ли? И изменил ли именно с ней… — А что мне нужно ответить на этот бред? — выплевывает вдруг. Поджимает и без того узкие губы. — Ты себя слышишь?! Мы пять лет в браке, и я думал ты выучила меня! Доверяешь! — гремит его голос на несколько тонов выше чем обычно. Как завелся… — А что ты кричишь? Так задело? — Задело, вот именно! Как ты вообще посмела такое произнести в мой адрес! Ты! Моя жена, которую я выбрал и мать моих будущих детей! Вот ты какого мнения обо мне?! Он резко встает. Смотрит прямо в глаза и трагично шепчет: — Разочарован в тебе, Ника! Не ожидал! Почти задевая плечом, несется прочь с кухни. — Да подожди! — кричу вслед. Захожу в спальню, он уже в джинсах и любимой розовой футболке с изображением кота. Раньше я часто называла его котярой и ему нравилось… — Вась? Что ты кричишь? Я же просто спросила! Я реально слышала какие-то странные звуки и… — Хватит! Не неси чушь! — перебивает он. — Ты меня оскорбила и унизила, не понимаешь?! Проходит мимо к дверям. Обувается. Я в шоке от его настроения. Почему нельзя просто спокойно ответить и успокоить меня, если это все реально бред?! — Вася!