Книга Сокровище богов, страница 80 – Филип К. Квантрелл

Натаниэлю тоже захотелось попробовать схватить кристалл, но он знал, что не стоит. Наслышанный о том, что он может сотворить даже с умелыми магами вроде Фэйлен, рыцарь мог разве что представить, что кристалл сделает с ним.

— То, что лишь ты можешь им управлять, – это какая-то насмешка судьбы. Будто боги против нас.

— Фэйлен думает, что нас связали Янтарные чары. – Эшер спрятал кристалл обратно в мешочек на поясе. – Может, со временем какой-нибудь эльф смог бы научиться его использовать.

Натаниэль вытянул руки над горячими камнями, грея пальцы.

— Время Валанис у нас уже отвоевал. – Он заметил, как лицо Эшера при этих словах исказилось, будто от боли. – С другой стороны, вот я сижу, разговариваю с человеком, родившимся больше тысячи лет назад. И это не считая всех чудес, которые я повидал, с тех пор как мы встретились. Как по мне, если Валанис с тобой столкнется, он обречен.

Эшер посмеялся тихонько.

— А как по мне, тебе надо было пить меньше Дорановского пойла.

Натаниэль скривился.

— Эта дрянь отвратительна! Я удивляюсь, как гномы после нее вообще вкусы различают.

Они снова бесшумно рассмеялись.

— Отдыхай. – Эшер кивнул на его одеяло. – Завтра до Барроша привалов делать не будем.

— Все так уныло, что сон не идет, – отозвался Натаниэль. – О, рейнджер из диких пустошей, поведай о своих приключениях! О том, как познакомился с Дораном и Йонасом Глэйдом. Я слышал, та еще была заваруха.

Эшер хитро ухмыльнулся.

— Проклятый гном меня сдал варварам Железного дола… как нового повара для племени.

Доран хохотал и остановиться не мог, с тех пор как начал рассказывать. Рассказывать он начал на рассвете: красное солнце напомнило ему день, когда он впервые встретил рейнджера Эшера. Тарен задремал было в седле, но гном был отличным рассказчиком и знал, как удерживать внимание. А еще болтал он очень – очень – громко.

Оживился Тарен, когда Доран упомянул варваров, живших далеко на севере. О Железном доле южанин почти не знал, а вот о здоровяках из царства льда и снега много слышал. Если они все были огромными и злыми, как Бэйл, тогда ему туда соваться точно не хотелось… Но при мысли о воине сердце кольнула печаль: все же он погиб в Иссушенных землях, защищая их народ. Тарен молча помолился Атилану, повелителю богов, чтоб даровал Бэйлу спокойный путь в загробный мир.

— Ну так вот, – продолжал Доран. – Наливается он, значит, по уши моим особым элем и натурально замертво падает! Вырубается! И хоть на голове у него спляши – ноль реакции! А мы ж охотились на здоровенного гоббера, вот ни дать ни взять папашу всех гобберов, и губернатор Данвича готов был заплатить только одному. Рейнджер-то, дурак, сказал, мол, поработаем вместе, а монеты – пополам. – Гном снова разразился хохотом. – Я-то согласился, естественно, а про себя прикидывал, как бы денежки к рукам прибрать.

— Ты собирался его предать? – спросил пораженный Тарен.

— Еще как собирался! Ты вспомни, парень, я тогда пытался из Денахейма убраться побыстрее и подальше, и, чтоб на юг отправиться, мне эти денежки были ой как нужны.

— Но почему ты пытался сбежать из Денахейма? Я думал, это королевство гномов.

Доран отмахнулся.

— А эт уже совсем другая история! Да ты погоди, тут щас интересное начнется!