Книга Ваше Величество, повернитесь! Попаданка-уролог для Дракона, страница 45 – Натали Бескрылая

Я снова прошлась по цепочке: вода, бальзам, белый камень, от которого запотевало стекло, и записи Корвина, где среди дат раз за разом повторялось одно и то же: зуд чешуи, провал голоса, короткий неполный Оборот.

И только под утро до меня дошло то, что Корвин понял давно.

Он наблюдал не человека. Он наблюдал дракона.

Кезран называл свой состав целебным для драконьей формы. Человек может скрыть боль, соврать, промолчать половину симптомов из гордости — физиология не врёт. Если бальзам работал через чешую, искать следы надо было там, где Кезран и рассчитывал их спрятать: на броне.

Через десять минут я уже без стука заходила в покои Иртана — с тетрадью, мелом, тканью и двумя запечатанными флаконами.

— Мне нужен ваш полный Оборот, Ваше Величество, — заявила я с порога.

Иртан медленно, с явным удивлением повернулся от окна.

— Зачем, Анна?

— Кезран втирал бальзам вам в шею и между лопатками. Раз состав пробивал даже вашу хвалёную чешую, осматривать вас только в человеческом виде — верх легкомыслия. Так что раздевайтесь. Точнее, оборачивайтесь.

Взгляд его мгновенно потяжелел.

— Полная форма — не игрушка, — в голосе прорезалась низкая, нечеловеческая нота, и зрачок на миг вытянулся в вертикальную щель.

Я только вздохнула, перехватывая мел поудобнее.

Слово «процедура» звучало почти прилично. На деле я просила показать тело, которое годами калечили под видом лечения, — у мужчины, который за считаные дни позволил мне почти всё, кроме одного: увидеть, насколько глубоко его изувечили. Полный Оборот был нагрузкой, а не фокусом. Но другого пути к чешуе у меня не было.

— Ты ведь понимаешь, о чём просишь? — тихо спросил он, и дерево стола едва слышно хрустнуло под его пальцами.

— Понимаю. Поэтому закрытый двор, а не парадная площадь: вы, я и Гелвин. Вода рядом, путь к отступлению для меня свободен, а дыхание и пламя вы держите строго на моём голосе.

— Ты хочешь, чтобы я обернулся ради банального осмотра?

— Я уролог, Ваше Величество. Мои профессиональные просьбы в принципе редко звучат романтично.

Иртан не улыбнулся, но жёсткие складки у губ на миг разгладились — будто даже грозному дракону иногда отчаянно хотелось, чтобы его лечили просто и без церемоний.

— Где?

— Старая тренировочная Северного крыла. Глухие стены, плиты помнят драконье пламя. Если что-то пойдёт не так, замок хотя бы не развалится.

— Прямо сейчас?

— Через четверть часа. Пока я не начала включать здравый смысл.

— А здравый смысл против?

— Категорически. А он нам сейчас только помешает.

Иртан секунду оценивал мою наглость, затем негромко позвал:

— Гелвин. Закрыть тренировочную Северного крыла, никого не пускать. Совету отвечать, что госпожа Свидетель инспектирует оружие гвардии.

— Слушаюсь. — Капитан кивнул государю и повернулся ко мне: — Госпожа Свидетель, жду вас через пятнадцать минут.

Тренировочная оказалась квадратным двором с глухими стенами в три человеческих роста. По плитам тянулись тёмные полосы старого огня, у дальней стены стояли бочки с водой и деревянные манекены, растерявшие руки, головы и, судя по виду, всякий смысл существования.

Что ж. Для свидания с драконом — идеальные декорации.

Я очертила мелом безопасную зону, разложила снаряжение: тетрадь, флаконы, чистую ткань, мокрую тряпку на всякий пожарный. Гелвин занял пост у входа с таким монументальным спокойствием на лице, что им можно было занавешивать окна от сквозняка.