Книга Янтарь и Лазурит, страница 37 – Чайный Лис

— Принцесса Юнха, вам помочь? – Обеспокоенный евнух Квон забегал вокруг нее, размахивая руками.

— Сама справлюсь, – сквозь зубы пробормотала Кохаку, успев закрыть рот, пока несчастный ттокпокки не вывалился, и еле проглотила, но уже в следующее мгновение припрыгала к другому ларьку и взяла палочку с нанизанной волнами рыбой.

— Всем по омуку!^[31] – воскликнула она, уже проглотив один и принявшись за второй.

Стражник по фамилии Пак надкусил подостывший ттокпокки и сощурился: слишком острая еда даже для него. В детстве Кохаку не разрешали есть подобную, на ее родине предпочитали пресную.

«Должно быть, бедный Рури питается безвкусной», – пронеслось в ее голове. Привычку есть острое она переняла уже в Сонгусыле, так как любила пробовать все, что привлекало ароматом. Поначалу редкие и необычные блюда она вкушала вместе с генералом Ю, тот сам часто привозил какие-то изысканные продукты и просил слуг приготовить. Однако после его отъезда в Хунсюй братьями Кохаку по еде стали именно Чинхён и Чинги, которые тогда только прибыли в Сонбак, обосновались в лавке и постепенно осваивались.

— Угощайтесь, принцесса Юнха, – с улыбкой проговорила женщина, которая и торговала омуком. – Счастливого праздника урожая!

— Мгм, сфастливого, – ответила Кохаку с набитым ртом, а затем посмотрела на свою служанку. – Хеджин-а, твой брат же любит сладкое? Возьми для него печенье, я заплачу.

Ее брат, правда, находился здесь – Мёнхо, один из стражников, с которым она играла в хольччак. Им в принципе не разрешалось есть на посту, пока их не сменят другие, поэтому открыто Кохаку накормила их только ттокпокки и омуком, а печенье решила оставить Хеджин.

Служанка переглянулась с братом и мило улыбнулась.

— Вы очень щедры, принцесса Юнха. – Она вежливо поклонилась, осторожно надкусив свой остывший ттокпокки.

На удивление, ни в одной лавке Кохаку не заметила пирожков сонпхён^[32], которые всегда ела в этот день. По традиции их готовили дома в кругу семьи и вместе собирались за столом, вероятно, поэтому на улице их и не продавали, но возвращаться во дворец она не спешила. Ни капли не расстраиваясь, Кохаку решила довольствоваться другими сладостями, сгрызла несколько печенек и попросила завернуть лакомство для своей служанки и ее брата.

— А вас чем угостить? – обратилась она к евнуху и стражникам.

— Принцесса Юнха очень щедры! – в унисон повторили все пятеро.

Их глаза тоже разбегались по обильным уличным блюдам, но юноши не могли себе позволить оставить принцессу и что-нибудь купить самостоятельно. Зато и отказать было невежливо, поэтому Кохаку решила хоть так угостить их, так как сама собиралась наесться и нагуляться.

Младший из них, Чха Юнмин, очень похожий на наложницу Чха, с удовольствием грыз омук, а вот к ттокпокки не притронулся.

Вдруг краем глаза на другой стороне улицы Кохаку заметила юношу в длинных темно-синих одеяниях, которые сильно отличались от узкой одежды жителей Сонбака. Распущенные темные волосы развевались на ветру, а прекрасное лицо привлекало к себе внимание женщин – те подходили к нему и заводили разговор.

Осознав, что это был Рури, Кохаку застыла на месте и не знала, что делать и как реагировать. Она злилась, что ее заперли во дворце и приставили стражников, но при этом была рада его видеть, а теперь еще и ревновала к окружившим его людям. И что им всем понадобилось от ее друга детства и вдобавок монаха?