Книга Искатель, 2010 №6, страница 126 – Денис Чекалов, Виталий Забирко

Я замкнулся в себе, отстранился от друзей, обособился в тесном мирке научной работы, целиком и полностью отдаваясь ей, и то ли из-за моего круто изменившегося поведения, то ли острый язычок Дашеньки Строговой разболтал о моей неприступности во время командировки в Алтайский край, но за мной утвердилось прозвище монаха. Кто-то — возможно, все та же Дашенька — намекая на мой необычный загар, пустил слушок, что я облучился во время исследований строго засекреченных артефактов, хранящихся в ангаре не менее секретной военной базы со времен проекта «Сокрытие», и теперь мужчина из меня никакой. Мне было все равно, что обо мне говорят и как называют за глаза — лишь бы в душу не лезли.

И в общем-то, никто в душу не лез, один Мишка Червинский не оставлял попыток вернуть мне, как он выражался, «человеческий облик» и как-то в ноябре уговорил посетить презентацию проекта мистического фильма известного режиссера Мурдекова. Мишка достал два билета, а пойти ему якобы было не с кем. Насчет «не с кем», Мишка, естественно, врал, но я не стал кочевряжиться.

Презентация состоялась в зале киноконцертного комплекса «Элита-фильм» и ничем не отличалась от других презентаций подобных проектов. Но теперь я смотрел на все иными глазами, и мне было грустно. Дурдом. Но наш, чисто земной, а потому всем понятный.

Презентация представляла собой жалкое подобие званых балов в дворянском собрании девятнадцатого века в дикой смеси с «танцами после лекции» во Дворце культуры двадцатого века. Мужчины во фраках и жабо мешались с парнями в кожанках; дамы в вечерних туалетах — с девицами в рваных по «народной моде» джинсах. Режиссер Мурдеков минут пятнадцать расхваливал своих спонсоров, призывая и прочих присутствующих внести посильную лепту в развитие его проекта, затем в общих чертах рассказал сюжет будущего фильма и представил артистов, претендующих на главные роли. Двое из них тут же затеяли вялую потасовку из-за главной героини артистки Шмаковой. Потасовка выглядела ненатуральной и плохо отрепетированной, как и все сцены в фильмах Мурдекова. Далеко ей было до разборки бармена с Крокодилом в Бубякино, хотя что-то общее все-таки просматривалось. Наконец группа «Бесы», приглашенная в качестве му-зыкально-го сопровождения как фильма так и презентации, ударила по ушным перепонкам внушительными децибелами, и тусовка началась.

Мы сидели за столиком в углу, потягивали слабоалкогольные коктейли, смотрели на мельтешащую перед глазами разношерстную толпу, и мне то и дело казалось, что среди танцующих мелькали то пестрые какадуоиды, то багровые минотавры, то меняющие цвет осьминоги. Прав был Карла — нечего отказывать пришельцам в том, в чем люди грешны... Разницы между нынешней тусовкой и празднованием Дня Пришельца в Бубякино не было никакой, и от этого на душе становилось совсем уж пакостно.

Мишка попытался расшевелись меня пикантными подробностями из приватной жизни артистки Шмаковой, но, не встретив у меня интереса, махнул рукой и ушел танцевать. Минут через десять он вернулся с двумя симпатичными девушками. Они подсели за столик, мы заказали еще коктейлей и с полчаса трепались на пустопорожние темы. Оказывается, я еще не забыл, как вести себя с девушками на тусовках, но делал это рефлекторно, по старой памяти, а на душе по-прежнему продолжали скрести кошки. Минут через пять Мишка уже обнимал одну девушку за талию, вторая же, не видя поползновений с моей стороны, сама обняла меня за руку повыше локтя, чем живо напомнила инопланетный зелененький мешок с протоплазмой. Ответной активности я не проявил.