Книга Искатель, 2010 №6, страница 125 – Денис Чекалов, Виталий Забирко

Шеф равнодушно принял мой отчет о командировке, и я окончательно убедился, что природа аномального явления на озере Яровом была ему известна, а посылал он меня туда исключительно в попытке вернуть мне душевное равновесие. И Дашенька Строгова была назначена в напарницы отнюдь не случайно. Добрый у меня шеф, сверх меры добрый, только я не нуждался в жалости.

Предчувствуя, что шеф снова собирается сослать меня в командировку, я предложил ему новую тему для моей диссертации. Не то чтобы я стремился к ее защите, но мне было жаль потуг шефа возвратить себе того прилежного сотрудника, каким я был до поездки в Бубякино. Кем я был, мне уже не стать, и психологические эксперименты шефа надо мной выглядели смешными и наивными.

Шеф новое направление воспринял без энтузиазма. Выслушал, покивал, а затем мрачно изрек:

— Ты льешь воду на мельницу Пояркова...

— Это каким же образом? — не понял я.

— Пытаясь обосновать теорию, что НЛО являются локальными отражениями далеких объектов, ты низводишь их к обычным атмосферным явлениям.

— А вам не кажется, Вячеслав Павлович, что такие отражения способен создавать только иной разум?

— Равно в такой же степени они могут оказаться феноменом неизученного природного явления, — парировал шеф.

— Неужели сейчас дела обстоят иначе? — не остался я в долгу. — Как были две теории — инопланетного происхождения НЛО и аномального природного явления, — такими они и останутся, и моя версия не дает преимуществ ни той, ни другой.

Шеф недовольно постучал пальцами по столешнице, закурил.

— Ладно, — скрепя сердце, согласился он, — в конце концов, главное — истина, а не доктрина того или иного ученого, которая может оказаться ложной. Твоя теория выглядит достаточно сумасшедшей, чтобы оказаться правдой. Работай.

И я приступил к работе над диссертацией. Но с тех пор шеф охладел ко мне, и я стал часто ловить на себе его косые сумрачные взгляды.

Через неделю мне все же пришлось съездить в экспедицию на Югорский полуостров, где мы две недели мотались на «Хаммере» по тундре, разыскивая по первому снегу осколки метеорита, рассыпавшегося в воздухе во время падения. Нашли чуть более десятка осколков, но затем были вынуждены вернуться восвояси из-за ударивших лютых арктических морозов. Химико-биологические анализы ничего необычного в осколках метеорита не показали, и об экспедиции быстро забыли. Зато после наших мытарств по тундре с моей легкой руки «Хаммер» иначе как дрынобулой теперь никто не называл. Хотя я так и не знал, что это такое на самом деле. И вряд ли когда узнаю.

До Нового года я усиленно трудился над диссертацией, и шеф по другим тематикам меня больше не загружал, разве что по мелочам. Однако и результатами моей работы он принципиально не интересовался. Я же с головой окунулся в обработку достоверных данных по наблюдениям НЛО. Работа помогала отрешиться от навязчивых воспоминаний, и события в Бубякино постепенно отходили на второй план, капсулируясь в памяти лучшими днями жизни, которые никогда не повторятся и о которых лучше не вспоминать, чтобы не бередить душу. Воспоминания светлы, а жизнь сера и беспросветна. Но стоило мне услышать лай собаки, хлопанье крыльев, увидеть на ком-нибудь бандану или серьгу в ухе, как воспоминания воскрешались.