Книга Искатель, 2010 №5, страница 76 – Валерий Цуркан, Сергей Борисов, Виктор Сумин

— Руби концы! — сказал Андрей, вручая Фуфе тесак Земекиса.

Говард тоже посмотрел вверх, все понял и заторопился в рубку.

Фуфа сбежал на причал, сбросил на него сходни и перерубил канат. Потом навалился на борт катера и, когда тот стал отваливать от пирса, запрыгнул на корму.

Андрей отправился в рубку.

Говард занимался тем же, чем он сам несколько минут назад, — изучал панель управления, залитую зеленоватым призрачным светом.

— Давай ты, — сказал он, отодвигаясь.

Андрей встал к штурвалу и нажал кнопку стартера. Дизель катера недовольно буркнул, потом разъяренно взревел, пробуждаясь от спячки, и тут же смилостивился — заурчал, как набивший утробу зверь. Андрей включил передачу. Катер вздрогнул и медленно заскользил вперед.

— Эхолот, — подсказал Говард.

Андрей щелкнул тумблером, и на экране появился рельеф дна с цифровой колонкой промера глубин. Пока глубина была достаточной, и Андрей опустил рычаг передач еще на одно деление, прибавляя скорость.

— Давай сюда Земекиса.

Не успел Говард покинуть рубку, как на берегу поднялась стрельба. Несколько пуль ударились о борт катера. Одна с визгом срикошетировала от крановой балки.

Баро высунулся из рубки, поднял «Калашников» и дал очередь, не рассчитывая в кого-нибудь попасть, а исключительно для острастки.

Косясь на эхолот, Андрей уводил катер из бухты. Выступ скалы прикроет их от пуль. Но у причала остались лодки! Даже зная, что беглецы вооружены, преследователи вполне могут пуститься в погоню. Поэтому нужно побыстрее убраться за рифы, в океан, где преимущество лодок в скорости будет компенсироваться лучшей устойчивостью катера на волнах. Вот там они, если потребуется, и посоревнуются в меткости.

Андрей включил прожектор, установленный на рубке, и увидел блестящие от воды гребни рифов. Казалось, между ними не проскочит и каноэ, так близко друг от друга они находились, вытянувшись цепочкой вдоль берега.

— Пиццу заказывали?

Говард втащил в рубку Земекиса. Рулевой давился проклятиями и охал от боли, поскольку Баро с пленником не цацкался.

Опустив рулевого на пол, Говард достал из кармана зажигалку и пережег леску. Распутал ее.

— Вставай!

— Не встану. — Рулевой с видимым трудом распрямил сначала руку, потом ногу.

— Что?!

— Не могу я встать.

— А я помогу. — Говард ухватил Земекиса за шиворот и заставил принять вертикальное положение. — Где проход?

Рулевой угрюмо повел подбородком:

— Там.

— Где — там? — Говард ткнул Земекиса стволом автомата под ребра. — Ты думаешь, мы с тобой шутки шутим? Веди катер!

Андрей отступил в сторону. Земекис ловко прижал штурвал бедром, а рукой перевел рычаг переключения передач вверх. Катер замедлил ход.

— Ты что, не понял? — посуровел Говард.

— Тут осторожно надо.

Минут пять они шли параллельно рифам, а потом совсем рядом раздался пистолетный выстрел. Через секунду еще один.

— Пойду гляну, — сказал Андрей.

— Иди. Я тут послежу. — Баро снова ткнул автоматом Земекиса.

Андрей выскочил из рубки и, придерживаясь за релинги, направился на корму. Третий выстрел подогнал его.

Эля лежала на палубе, прикрыв голову руками. Она не была ранена, в противном случае Фуфа хлопотал бы около нее, а не упражнялся в стрельбе. Степа-Диего расположился во вращающемся кресле, предназначенном для рыболовов, но в руке у него был не спиннинг, а «Беретта».