Книга Восхождение, страница 89 – Николас Биндж

— Бросались? Хочешь сказать, что члены экспедиции перебили друг друга?

Ее глаза наполнились слезами.

— Не знаю, Гарри. Я ничего не знаю…

— Надо вытаскивать тебя отсюда. Какого черта они заставили тебя подниматься? Мы уйдем вниз вместе.

— Нет, нет! – Глаза Наоко засверкали. – Как ты не поймешь? Я не могу уйти. Меня тянет к вершине, Гарри. И, боюсь, уже не отпустит. Ты и сам это чувствовал, правда?

Я кивнул. Она была права.

Пора сказать прямо – не вижу смысла дальше притворяться. Меня тоже тянет наверх, Хэтти. Это чувство сродни голоду и точно больше, чем обычное любопытство. Непреодолимая потребность… Не знаю, откуда она взялась, однако я ее боюсь.

— Если я спущусь, лучше мне не станет, наоборот. Ты ведь видел, что со мной происходило. Гарри, для меня теперь есть только одна дорога – к вершине.

Я долго молчал, разглядывая снег.

— Извини, – пробормотала Наоко. – Последнее время не могу надолго сосредоточиться. Ты приходил ко мне в палатку недавно ночью, Гарри? Что ты хотел сказать?

Я вдруг задохнулся – вопрос застал меня врасплох.

— Я… нет, не знаю. Просто хотел… я хотел попросить прощения.

Наоко сдвинула брови, и ее настроение явно изменилось.

— Попросить прощения? За что, Гарри?

— За все. За то, что ушел. За… – В горле встал ком. – За то, что сделал. Ради бога, Наоко, не заставляй меня говорить об этом вслух.

Она долго не отвечала, рисуя пальцем узоры в снегу.

— Сядь, Гарри.

Я неловко присел рядом.

— Я любила тебя. Возможно, я схожу с ума, но о своих чувствах не забыла. Наверное, люблю до сих пор. Во всяком случае, люблю того человека, который скрывается глубоко под толстым панцирем, если он еще не исчез окончательно. Я позволила тебе уйти и спрятаться от нашей жизни, потому что знала: ты в этом нуждался. Правда, лгать не стану – долго не могла простить. Где ты был все эти годы?

— Везде, – прошептал я. – Но так нигде и не осел. Ушел из университета. Не мог оставаться в одном месте. Искал тайны, искал возможности в них забыться. Десять лет слонялся по земному шару, создал себе определенную репутацию. Все ради того, чтобы сбежать. – Я глубоко вздохнул. – А чем занималась ты?

— Делала все, чтобы совладать с ситуацией, – сказала Наоко, и воспоминания о прошлом, похоже, помогли ей сосредоточиться. – Начала заниматься медициной катастроф, полевой работой. Поэтому здесь и оказалась. Но… я всегда ждала. Если ты захотел бы вернуться, приняла бы тебя. – Она нахмурилась. – Почему именно сейчас, Гарри? Ты пришел просить прощения… Думал, прощу?

— Нет, – быстро ответил я. – Знаю, что не заслуживаю…

— Ты не нуждаешься в моем прощении. Тебе самому нужно себя простить.

Наоко подняла взгляд, и я на миг увидел в ее карих глазах отражение прежнего человека, которого она любила.

— У тебя была нормальная жизнь. Была я, было прошлое, настоящее, будущее, а теперь ничего нет. Я вижу тебя насквозь, Гарри. Понимаю, ты бежишь. Бежал с самого дня ухода, чтобы не думать ни о прошлом, ни о будущем, ни о чем. Я… – Она заморгала, словно стараясь поймать мысль за хвост. – Со мной много чего произошло там, наверху, однако я не ослепла. Хочу двигаться вперед, но как это делать с человеком, который стоит на месте, который не живет?

Наоко приложила ладонь к моей щеке, и я непроизвольно вздрогнул, хотя не мог ощутить тепло ее руки сквозь перчатку.