Книга Восхождение, страница 159 – Николас Биндж

Беттан шагнул вперед с искаженным от ярости лицом, продолжая целиться в Йона. Рассказ его явно не устроил.

— Что еще за эксперимент?

— Эксперимент под названием «Жизнь», Роджер. – Йон потер лысую голову крупной рукой. – У нас имелась грандиозная идея – создать существа, с которыми мы смогли бы контактировать, а в один прекрасный день даже взаимодействовать.

Мое лицо обдул легкий теплый ветерок, и я снял шапку с шарфом. Уж и забыл, что ветер может быть теплым.

— Вы имеете в виду – как взаимодействуем с ва-ми мы?

— Боюсь, не совсем, – мрачно опустил голову Йон и ткнул пальцем себе в грудь. – Вот это тело – одна из последних разработок. Небольшой тест ради коммуникации. Мы ведь не скрываемся: несколько тысячелетий пытались выйти с вами на контакт, показать, что мы здесь, рядом, однако вы были не готовы нас увидеть.

Он подошел к краю пропасти и глянул вниз, словно оценивая путь, который нам пришлось преодолеть.

— Итак, мы создали внешнее подобие человеческого тела. Сам я не здесь, это лишь малая часть меня. Даже не эхо, а его отголосок. Сработало как надо, и все же я не назвал бы наши отношения взаимодействием. Так или иначе, я получил удовольствие от весьма поучительного опыта.

Я растерянно моргнул, осмысливая его речь. Мне пришло в голову, что все мои воспоминания о Йоне имеют весьма обрывочный и туманный характер, словно он и вправду никогда по-настоящему не был рядом с нами, вплоть до самого конца. Не принимал участия в наших стычках, никак себя не проявлял во время восхождения. По большому счету, никогда не вступал в дискуссию. Когда он пропадал из виду, о его существовании просто забывали.

Как же я раньше не обратил внимания на эту особенность? Почему не придал ей значения?

Нет, он говорит невозможные вещи. Бред, безумие!

— Подождите, – перебил его я, подняв руку. – Стало быть, вы создали жизнь. Сотворили нас. Но что дальше? Зачем эта гора? Вы решили ставить перед нами задачи?

Йон пожал плечами, не отводя взгляда от пропасти.

— Жизнь – сложный процесс. Мы попытались создать стартовые условия и дальше не вмешиваться, однако сотворенные нами миры впадали в застой. Еще до того пробовали искусственно ускорять развитие, ненавязчиво подталкивая порожденных нами разумных существ вперед, способствуя прогрессу. С левиафанами все кончилось в некотором роде катастрофой – да вы сами видели. А вот люди… – Он повернулся к нам лицом. – Люди стали счастливым билетом. Выяснилось, что невозможно заставить жизнь развиваться, как тебе заблагорассудится. Она должна быть подготовлена к качественному рывку, должна дозреть.

— Нет! – замотал головой Беттан и окинул Йона диким взглядом. – Я вам не верю! Вы хотите сказать, что я – продукт лабораторного эксперимента? – Его палец на спусковом крючке заметно дрогнул, и Беттан начал мерить шагами узкую площадку. – Нет, чушь! Никакой я не продукт!

Я судорожно стиснул руки. Йон сбил меня с толку, ошеломил и разозлил.

— Зачем вы забрали Наоко? Зачем увязались с экспедицией? Зачем?

Йон раздраженно щелкнул языком.

— Насчет Наоко: вы потеряли темп, и я чувствовал, что вам необходим стимул. А присоединился я к экспедиции, чтобы посмотреть, как вы справитесь с горой. Оценить вашу готовность.

— Готовность к чему?

— Вступить в новую стадию развития, – объяснил он, подчеркивая каждое слово. – Такое уже случалось. Несколько сотен тысяч лет назад человечеству была предложена другая задача, хотя в том эксперименте я не участвовал. Вы решили ее успешно, и мы сочли, что вы готовы к следующей фазе эволюции.