Книга После развода. Я не твоя война, страница 22 – Марта Макова

Заканчивала я уже на бегу, спускаясь по лестнице подъезда.

Первым делом вызвала скорую на наш адрес, потом себе такси и снова набрала Мирославу. Ответила она не сразу. Тяжело дышала в трубку, но голос был более собранным, видимо, дочь сумела взять себя в руки.

— Она даже не пьёт, мам. Совсем никакая.

— Скорая уже едет, Мира. Я тоже. Попытайся напоить Есению. Хотя бы несколько глотков. Намочи полотенце холодной водой, а лучше заверни в него лёд и положи ей на лоб. — командовала я, нетерпеливо наблюдая за мелькающими за окном такси кварталами. — Я скоро буду, Мира.

Я приехала раньше скорой и наткнулась за закрытые ворота и калитку. На мой настойчивый, непрерывный звонок вышел новый охранник.

— Чего надо? — недовольный тем, что потревожили и вытащили из прохладного помещения в вечернюю духоту, пробурчал он. — Не положено. Приказ вас не пускать.

Я тряхнула прутья калитки так, что задрожал весь основательный, кованый забор.

— Там ребёнку моему плохо, болван! Открывай или я разнесу всю вашу богадельню для ущербных охранников!

— А за это можно и получить. — рыкнул детина и, выхватив из-за ремня резиновую дубинку, со злостью ударил ей по прутьям решётки, чудом не задев мои пальцы. — А ну, пошла отсюда, лярва! Сейчас полицию вызову!

— Не пустишь — полицию вызову я! — снова тряхнула я прутья калитки. — Присядешь за оставление ребёнка в смертельной опасности. Открывай, там ребёнку совсем плохо.

В этот момент в конце улицы появилась машина скорой помощи. Я выскочила на середину дороги и замахала руками.

— Сюда! Сюда!

Меня увидели, и скорая прибавила скорость.

— Открывай ворота! — вернувшись к охраннику, скомандовала я.

— Не было такого распоряжения — врачей пускать. — набычился детина.

— Зови начальника охраны! — рявкнула я и оглянулась на подъехавшую машину с красным крестом. Из кабины выпрыгнула худенькая, пожилая докторша и обвела суровым взглядом меня и охранника.

— Вы вызывали?

— Да!

— Нет!

Глядя, друг на друга с ненавистью, одновременно рявкнули мы с охранником, и врач нахмурилась.

— Так вызывали или нет?

— Михаила зови. И имей в виду, что если с моей дочерью что-то случится, я прокляну тебя и весь твой род до десятого колена. А отец Есении прикопает тебя в ближайшем лесочке — наступала я на детину, пока снова не упёрлась в решётку забора. Вцепилась в неё до побелевших пальцев и заорала. — Зови начальника, чёртов камикадзе!

Кажется, до охранника начало что-то доходить. Но слишком медленно. Он переводил растерянный взгляд с меня на врача и машину скорой помощи и обратно. Пока из дома не выскочила Мирослава.

— Открой ворота, дебил! — фурией налетела она на охранника. — Там ребёнку плохо. Я всё папе расскажу! Вылетишь отсюда, как пробка!

— Ну что же вы, мамаша. — заполняя документы, сурово поджимала губы врач. — Оставили больного ребёнка на попечение подростка.

Я не пыталась оправдаться. Слишком долго объяснять врачу, почему меня не было рядом.

Врубив сирену, машина скорой помощи мчалась по улицам города.

Меня чуть раскачивало, в глазах темнело, и я часто моргала, чтобы сфокусировать взгляд.

— Мамочка. — глаза Есеньки были мутные и совсем больные. После укола жаропонижающего дочке стало немного полегче. Но она ещё не до конца выплыла из горячечного бреда и, кажется, не совсем понимала, что происходит.