Книга Одержимые, страница 53 – Витольд Гомбрович

Секретарь следовал за ними – с отчаянием в сердце.

Последние его сомнения рассеялись. Ведь в глубине души он до сих пор не верил в то, что Майя действительно могла заинтересоваться Лещуком, он рассчитывал на ее честолюбие и даже на то, что ей окажется сложно общаться с парнем, с которым можно обмениваться разве что ударами на теннисном корте, но никак не мыслями и чувствами! Секретарь не предполагал, что Майя способна на такое. И тем не менее видел все собственными глазами.

Они шли рядом, будто давние знакомые. Никогда еще их таинственная общность не была столь очевидна: удивительная согласованность движений, мучительное сходство манеры поворачивать голову… словно кто-то управлял разом ими обоими. Холявицкий был уверен, что Майя счастлива, – безумно ревнуя, он убеждался сейчас в том, что она в сто раз счастливее с Лещуком, чем когда-либо бывала с ним.

И в то же время секретарь с изумлением понимал, что инициатива принадлежит именно Майе. Как же так? Неужели его невеста настолько не может совладать с собой, что сама соблазняет парня? Майя что-то ему объясняла, небрежно шагая рядом, – и ее смех волновал, возбуждал воображение.

Жених страдал! Майя всегда привлекала его своим современным воспитанием, смелостью выходок, «трезвостью» восприятия, и вот сейчас Холявицкий чувствовал, что получает по заслугам.

Ведь это он сам подорвал в ней все моральные устои, это он учил ее искать кратчайший путь к счастью. И дождался: теперь она вынуждает его соревноваться с Лещуком! Холявицкий был невероятно чувствителен к светским условностям. Сам по себе флирт он бы Майе простил, но… с тренером?!

Однако жених Майи удивился бы еще больше, если бы мог слышать ее разговор с Лещуком.

— Там есть, например, всякая мелочь, миниатюры, – осторожно говорила она, не поднимая глаз. – Целый шкаф с миниатюрами.

— Миниатюры – это такие маленькие картинки? – уточнил Лещук.

— Да. А еще есть серебряные и позолоченные кубки. И столовое серебро. Ножи с перламутровыми рукоятками. Множество ценных мелочей.

Она остановилась.

— Мне придется сказать жениху, чтобы он нанял на ночь сторожа. Замок совершенно не охраняется. Лучшее доказательство – то, что вы добрались аж до комнаты князя и никто вас не остановил. Хотя князь не терпит никаких сторожей… Безвыходная ситуация.

Лещук не ответил. Что все это значит? Неужели она уговаривает его снова отправиться в замок? Он искоса взглянул на девушку. Та улыбнулась какой-то странной улыбкой…

Их отношения складывались так бурно и одновременно загадочно, что трудно было что-либо понять. Он начал подозревать, что Майей движут какие-то тайные намерения.

Иногда Лещуку казалось, что она над ним издевается.

А иногда – что вовсе нет, даже наоборот…

Несмотря на «сходство», беседы с ней ужасно смущали парня. Пока они играли в теннис или молча шли рядом, все было превосходно и между ними царило полное взаимопонимание; но стоило начаться разговорам, как сразу возникали преграды и недомолвки.

— Я сама себя порой на этом ловлю… что мне хочется что-нибудь оттуда унести, – внезапно вполголоса, едва сдерживая нетерпение, проговорила Майя. – Тогда у меня появились бы деньги. Взять что-нибудь – и дело с концом. Ни от кого больше не зависеть. На всю жизнь хватило бы!

— Мне бы хотелось жить честно, – ответил, словно защищаясь от нее, Лещук. Девушка улыбнулась.