Книга Льдина и Скряга, страница 3 – Яна Лисканова

— А вы знаете, что раскуривание отнимает мужскую силу? - не менее участливо поинтересовалась я.

— Иди собирай материалы к мастер-классу, маленькая невоспитанная засранка, - проговорил мужчина, затягиваясь трубкой.

Ну, я и пошла. Сегодня мы делали зелье, меняющее цвет волос. Минимум магической составляющей, побольше всяких порошочков.

Господин Кальт держал лавку с ингредиентами для зелий и всякой сопутствующей мелочевкой, но этого ему оказалось мало, и два года назад он решил проводить развлекательные мастер-классы по приготовлению всяких легоньких настоек. Как он до этого додумался - делать из серьезной науки развлечение, не имею не малейшего понятия, но оно того стоило, потому что заказов у нас много и денег у господина Кальта, полагаю, тоже.

Правда, и недовольных много. В нашу лавку постоянно приходят разгневанные письма блюстителей морали, которые не могут принять, что зельеварение превращают в фарс. Письма приходят в лавку, начальнику лично, мне, как ни странно, тоже перепадает (и откуда они только мой адрес узнали?). Про нас даже написали статью в местной газетенке: «Монеты важнее Морали». Господин Кальт повесил вырезку этой статейки в комнате отдыха, собрал всех сотрудников и сообщил нам, что заголовок статьи теперь - наш девиз, наше кредо и вообще смысл жизни на земле в целом и нашей в его лавке - в частности. И очень долго злорадствовал, когда написавшую эту статейку журналистку посадили в темницу. Говорил, это расплата за наглое узкомыслие.

На самом деле, это место я любила, хоть начальничек у меня и был меркантильным гадом. С тех пор, как полтора года назад пришла сюда по объявлению на пробный мастер-класс в надежде подзаработать хоть чуть, так здесь и осталась уже в качестве мастера-зельевара и продавца. Не бог весть какая карьера, ну да и я вполне обычная средненькая магичка без даже минимальных амбиций. Уютная лавка, пропахшая травками, порошками и железом на солнечной стороне улицы; несносный начальник с лукавой улыбкой, легкой проседью и вечными штрафами; доставшаяся от бабули квартирка с маленьким балкончиком и старыми обоями в цветочек и такой же старой Фридой - все это составляет мою жизнь и, в общем-то, мое счастье. Не хватало мне только одного и отсутствие оного доставляло некоторый дискомфорт и заставляло думать о своей неполноценности.

— Котелки бери полторашки, Льдинка, - начальник подошел сзади незаметно, и я вздрогнула. Не выходя из-за спины, он забрал котелок не того размера и положил обратно на полку, а я украдкой из-под ресниц смотрела на сильную перевитую венами руку с чуть выступающими при движении мышцами, скорее слегка обозначенными, чем вычерченными, ну да он и не страж какой или кузнец, чтобы горой мышц щеголять, а скорее торгаш. Кожа на руке была сухая, немного загорелая, на ладони уже были гораздо четче врезаны линии, чем у меня, например. Волоски на руке золотились в лучах солнца и почему-то топорщились. Мне жуть как захотелось их пригладить.

— Льдинка? - он прищурил лукавые глаза, обведенные морщинами, - ты меня слушаешь?

— Конечно, - нет.

Вот в этом и была проблема. Мне было двадцать два, по всему выходило, что давно пора было бы завести молодого человека или хотя бы любовника, и успокоить свое оголодавшее либидо, благо особо принципиальной в этом плане я не была, но почему-то никак не выходило. То ли я была привередой, то ли для мужиков испортить все впечатление от сильных бедер и крепких шей, сказав какую-нибудь дурость или бестактность - святая традиция, чтобы до их тел добирались только самые терпеливые и самые крепко возжелавшие. По итогу, я, к сожалению, была довольна слаба перед очарованием более-менее симпатичных мужчин, которые умели думать, прежде, чем открывают рот.