Книга Льдина и Скряга, страница 9 – Яна Лисканова

— Господин Кальт, в общем… - надтреснутым голосом начала она, - насчет мастер-класса…

— Да-да, в общих чертах я осведомлен, - хрюкнул он ей в макушку, вспоминая в каких пафосных выражениях ему поведала о своем искреннем возмущении семья Бозали, - но хотелось бы услышать и твою версию.

Мистрис Бозали с отпрысками не поленились не только узнать в каком карточном клубе он любопытства ради познавал все тонкости искусства мухлежа, но и пришли туда лично. С лицами самыми скорбными и видом самым оскорбленным они поведали ему потрясающую сказку! Он мог бы оборвать их и на середине, потому что в общих чертах ему все было ясно, но, признаться честно, господин Кальт обожал таких людей и их совершенно искреннюю, почти очаровательную, уверенность, что они честны и чисты аки младенцы и такую же искреннюю веру, что все остальные - нет.

Поэтому он не просто слушал, но и сочувственно кивал, поддакивал, удивленно охал и ахал на особо животрепещущих моментах. Конечно же, долго и максимально неискренне-высокопарно перед ними извинялся и уверял, что виновные будут наказаны, и он не ожидал такой подлости, такого удара в спину, но в такие трагические моменты главное - оставаться благородным и вести себя достойно! Они еще часа полтора в итоге проговорили о том, как мало в мире честных существ и какую роль в этом играет отсутствие должного воспитания, которое доступно только достойным семьям, коих, конечно, немного.

Расстались только поздно вечером абсолютно друг другом довольные.

Если верить словам, безусловно, благородного семейства, то обращались с ними просто чудовищно! Чай, конечно, предложили, но недостаточно вежливо и обращались даже как-то панибратски, да и чай был сначала невыносимо горячим, а когда служка его охладила, до дрожи холодным! Госпожа Бозали была так добра, что объяснила глупой девочке, что ее поведение может подтолкнуть окружающих к мысли о ее непрофессионализме, но не получила за свой совет должной благодарности.

Потом девчонка все время лезла с непрошеными советами, безостановочно что-то жужжала в уши, отвлекая и раздражая, лезла под руку и просто не давала вздохнуть спокойно! Господа ласково попросили девушку быть посдержаннее. Но эта хамка начала грубить! Да, натурально грубить! Угрожать, что если они не будут делать, что она им велит - ничего у них не получится, ведь она такая умная, а они необразованные пустышки и не должны ей перечить. Благородное семейство, было опечалено таким поведение молодой особы и попыталось ее успокоить, но вместо того, чтобы начать вести себя, как полагается, эта выскочка что-то там намагнитила и испортила зелье госпожи Бозали! Конечно, тут уже господа не стали терпеть и наконец высказали без обидняков, что они думают о ее поведении… И эта дрянь - подумать только! - ударила и оттолкнула госпожу Бозали! А потом просто выгнала их.

Это если в общих чертах.

И в общих же чертах господин Кальт себе представлял, что они успели ей наговорить и насколько расстроить, но хотелось бы знать точно.

Все-таки месть должна быть соразмерна!

— Добрый день, милочка, - сказала пожилая леди, заходя в мастерскую, - мы пришли на урок зельеварения. Позови-ка мастера.

Дверь ей придерживал молодой мужчина. За мистрис зашла еще юная леди, довольно на нее похожая, возможно, дочь.