Книга Дознание брошенной жены. Мой муж убил моего мужа, страница 72 – Ангелина Сантос

Шестое зеркало стояло между двумя узкими дверями, одна из которых вела в служебный коридор. Рядом никого не было.

Савен Ротт подошел через полминуты.

— Госпожа Терран, — сказал он, не глядя на меня. — У вас мало времени.

— Тогда не тратьте его на очевидное.

Его отражение в зеркале дрогнуло. В настоящем он стоял прямо, а отражение чуть сутулилось, будто несло груз.

— Последняя страница доклада Орсо не уничтожена, — прошептал он.

Сердце ударило сильнее.

— Где она?

— Не здесь.

— Где?

— В зеркальном регистре. Дамиан спрятал копию в отражающем слое. Я помог ему. Думал, это страховка. Потом...

Он замолчал.

— Потом?

— Потом пришли люди Террана. Не Кассиана. Старшие. Те, кому даже магистры не отказывают.

Это было новое.

Слишком важное.

— Имена.

Савен сглотнул.

— Я не знаю всех. Но один...

Он внезапно побледнел. Рука дернулась к горлу.

— Господин Ротт?

Его отражение в зеркале улыбнулось.

Настоящий Савен — нет.

Я отступила на шаг.

— Савен?

Он попытался вдохнуть, но не смог. На зеркале за его спиной проступила тонкая черная линия, как трещина. Она не разбила стекло. Она прошла по отражению его шеи.

Савен упал.

Я успела подхватить его за плечо, но он был тяжелый, и мы оба осели на пол. В зале кто-то вскрикнул. Музыка оборвалась. Зеркало над нами вспыхнуло серебром, потом стало мутным.

— Не трогать его! — крикнул чей-то голос.

Кассиан.

Он уже шел к нам, быстрый, спокойный, страшно собранный. За ним двое людей Палаты. Мелисента оттолкнула какого-то чиновника и тоже приблизилась. Илисса Ротт стояла у колонны белая как полотно, прижав руки к груди.

Савен пытался что-то сказать. Я наклонилась.

— Страница, — прошептала я. — Где страница?

Его губы едва двигались.

— Седьмое... не шестое...

Потом его взгляд остановился.

Я не сразу поняла, что он умер.

Смерть в зале, полном зеркал, выглядела не как конец. Отражения продолжали держать его образ на долю секунды дольше: Савен стоящий, Савен шепчущий, Савен еще живой. А на полу лежал человек, который больше не мог договорить.

Кассиан опустился рядом.

— Отойди.

Я не двинулась.

— Он говорил о последней странице.

— Алеста, отойди.

— Нет.

Он посмотрел на меня так, что у любого другого перехватило бы дыхание. У меня тоже перехватило. Но я осталась.

— Если вы сейчас тронете зеркало, след исчезнет, — сказала я громко.

Люди вокруг притихли.

Кассиан произнес тихо:

— Ты не знаешь, что говоришь.

— Знаю. Зеркало мутное, но не погасло. Значит, клятвенный слой еще держит момент смерти. Если тело унесут и зеркало закроют без фиксации комиссии, улики не будет.

Мелисента тут же повернулась к нотариусу, который оказался среди гостей.

— Записать.

Кассиан медленно встал.

— Это дело Палаты.

— А Палата уже однажды внесла смерть до обнаружения тела, — сказала я.

По залу прошел шум.

Дарвий Лоран поднял брови. Илисса Ротт закрыла рот ладонью. Один из молодых чиновников сделал шаг назад.

Кассиан не повысил голос.

— Осторожно, госпожа Терран.

— Сегодня это слово звучит особенно часто.

Один из дознавателей поднял с пола небольшой предмет.

— Магистр.

В его ладони лежала линза.

Серебряная, треснувшая.

Похожая на ту, которой пользовался Рейнард.

Зал будто выдохнул.

Кассиан взял линзу, посмотрел и повернулся ко мне.

— Сорель был здесь.

Я почувствовала, как кровь отливает от лица.