Книга Рассвет Элларии, страница 68 – Джулия Фокс

Алистер уставился на тубус так, словно перед ним лежало сердце живого демона. Он подался вперёд, его глаза загорелись лихорадочным, жадным блеском, а за его спиной взволнованно зашептались советники. Даже Роберт на мгновение забыл обо мне.

— Мы предлагаем вам будущее, где вы больше не будете зависеть от капризов вечной мерзлоты, — подвела итог Виолетта. — Сделка будет подписана завтра на Совете. И поверьте, господа, в ваших интересах, чтобы перо лорда Алистера не дрогнуло. Союз умеет быть щедрым к друзьям, но суров к тем, кто пытается встать на пути прогресса.

Я смотрела на то, как Алистер судорожно сжимает кулаки, переводя взгляд с тубуса на мою мать, и понимала, что он уже сдался. Роберт снова повернул голову ко мне, и в его взгляде теперь читался не только интерес, но и мрачное уважение к силе моей семьи. А внутри меня росла привычная горечь. Спектакль был разыгран безупречно.

Я официально возглавил объединённую гвардию Союза. Теперь под моим началом находились не только две сотни Жнецов, но и все регулярные полки людей. Я переехал из дворца в изолированную башню на востоке столицы, ближе к ключевым оборонительным узлам, и моя жизнь окончательно превратилась в безупречно отлаженный, суровый механизм военной бюрократии и бесконечных тренировок.

В Эллароне меня одновременно боялись и уважали. Моё имя на дальних границах стало синонимом абсолютной, неотвратимой гибели для Одержимых.

Мои будни начинались задолго до рассвета и подчинялись жёсткому распорядку. Каждый день я лично обходил гарнизон. Обычные солдаты при моём приближении буквально вжимались в стены. Я не делал поблажек ни людям, ни новобранцам Ордена, коих становилось всё меньше по мере того, как очищались пограничные земли. Теперь я сидел по левую руку от Виолетты на закрытых заседаниях Совета, вместе с Каином распределяя патрули и координируя логистику поставок оружия во все концы разрастающегося государства.

Среди солдат ходила глухая байка, что главнокомандующий Элларии вообще не спит, не ест человеческую пищу, а его сердце давно превратилось в чистый кристалл Пустоты. Я не разубеждал их. Страх — отличный инструмент для поддержания идеальной дисциплины.

С аристократией Союза мне приходилось общаться исключительно по долгу службы, и эти встречи я сводил к абсолютному минимуму, хотя новая знать отчаянно искала моего расположения. Раз в неделю мне вменялось присутствовать на Малых дипломатических приёмах в Главном крыле дворца. Эти вечера я ненавидел сильнее, чем вылазки в заражённые пустоши.

— Лео, какая честь! — ко мне, шурша дорогим парчовым камзолом, подплыл граф Вальдес, представитель южных мануфактур. В его руке покачивался бокал с коллекционным вином, а на лице сияла приторная, заискивающая улыбка. — Мы в Совете восхищены вашей новой стратегией охраны торговых путей. Мой домен готов выделить дополнительно десять тысяч золотых на экипировку гвардии. Взамен... мы бы хотели обсудить возможность усиления патрулей возле наших рудников. Всего два дополнительных отряда Жнецов, и наши обязательства перед Союзом будут перевыполнены.

Я стоял у стены, скрестив руки на груди. На мне был глухой чёрный мундир без орденов, но даже этот внешний вид никому не мешал донимать меня расспросами.