Книга Акулий король, страница 244 – Саша Хеллмейстер

— Том, у меня меньше десяти минут, – небрежно сказал он, прикрывая за собой дверь и сперва не глядя на шефа. – Что еще стряслось?

— Карл.

Одного голоса Тома Броуди хватило, чтобы поглядеть наконец на него и на того, кто сидел за столом к Карлу спиной. Ну конечно. Карл скривил рот. Он впился взглядом в стриженный машинкой затылок, в широкий разворот плеч и идеальный костюм. Через мгновение, не торопясь, тесть повернулся к нему и медленно встал из кресла.

— А я думал, – мрачно пошутил Карл, – родительскую порку отменили еще в шестьдесят восьмом. Что, достанем розги?

— О чем ты говоришь? – гневно спросил Броуди. – Почему ты ни слова не сказал, что твоя жена загремела в больницу? Простите уж за такое словцо, мистер Мальяно, но я, сами знаете, как человек, который дорожит семейными отношениями…

— А Дженни об этом знает?

Том побагровел, подскочил как мячик со своего большого шефского кресла, но Донни с усмешкой остановил его рукой и пристально взглянул:

— Я ведь могу поговорить с ним наедине и угостить обедом? Вы же не против?

— Все, что нужно, – поднял ладони Том. – Мистер Мальяно, он ваш.

Карл нахмурился. Неряшливо убранные вбок кудрявые волосы бросили особенно острые тени на его лицо.

— Простите, что значит «он ваш»? У меня там, на проводе, клиент, – Карл дерзко взглянул на дона. – Вы считаете, что можете заявиться сюда и по щелчку пальца остановить всю мою работу, чтобы я…

— Карл, – железным тоном прервал его шеф, который особенным характером никогда не отличался. – Выйди.

Дон покинул кабинет первым; выйдя оттуда, прихватил пальто, повесив его на сгиб локтя. Карл решительно направился следом. Провожая гостя и рассыпаясь в любезностях, Том Броуди с ненавистью смотрел в спину Вудхауса, не понимая, какого черта он связался с мальяновской дочкой, раз такой щепетильный, раз такой справедливый и честный, – а следом вернулся за стол, выпив еще два стакана виски и так и не опьянев.

* * *

На втором этаже здания располагался приличный ресторанчик с европейской кухней, готовый обслужить и накормить не только сотрудников здешних офисов, но и гостей. Во всяком случае, Карл находил мысль о том, чтобы обедать здесь, никчемным расточительством, и поджал губы, когда тесть завернул в стеклянные двери и его любезно встретил провожатый, устроив за столом у окна. Карл, кипя от негодования, сел напротив Донни Мальяно, и, пока тот неторопливо выбрал из меню суп с клецками и гренками, отказал в заказе официанту, подоспевшему к гостям.

— Поешь, – удивился Донни. – Разговор предстоит небыстрый. Да и обед. Ты на человека-то не похож, так, хорек в костюме, вылитый. Остались одни зубы и глаза.

— Я не приглашал вас сюда, мистер Мальяно, – резко ответил Карл, – и не желал видеть. А тем более выслушивать мнение по поводу моего вида и чего угодно еще. Последнее, что мне нужно, честно говоря, – встречаться с вами.

— У нас с тобой в этом очень сходятся мнения, – неохотно признал Донни и отдал кожаную папку с меню официанту. – Черный кофе, пожалуйста. А теперь к делу.

Он это произнес так невозмутимо и по-деловому сухо, что Карл, ожидавший, что тесть начнет пенять ему мужниными неисполненными обязанностями, черствостью, душевными болями его великовозрастной дочки, просто оторопел. Донни Мальяно сказал это таким образом, словно Карл был маленьким, но неприятным дельцем, с которым он хотел по-быстрому расквитаться сам.