Книга Костер и Саламандра. Книга 2, страница 71 – Максим Далин

— Поэтому вы и заинтересовались… этим вопросом, да, Отец Святейший? – спросила я.

Агриэл кивнул:

— Я разбирался в себе, потом попытался разобраться в мире, который меня окружает. В вашем возрасте, дорогое дитя моё, я жил в библиотеке, порой не покидая её даже для того, чтобы поспать. Мне повезло быть архивариусом в причте Иерарха Берхолна: эта должность давала доступ в самые удалённые библиотечные уголки и не мешала читать запоем.

— Злоупотребляли, Отец Святейший? – чуть-чуть улыбнулась я.

— Ещё как! – Агриэл ответил улыбкой. – Наставники были снисходительны к послушнику, мне повезло. А библиотекарь был стар, немощен телом – и не хотел лишний раз брести за очередным томом сам, оттого и отдал мне ключи. Так я попал в закрытый зал. Полгода я забирался туда со свечой, чтобы читать по ночам. И моя душа сначала содрогалась от ужаса, а потом обрела ту броню и то оружие духовное, которое даёт знание.

— Ох, представляю, Отец Святейший… вы прочли об Эргле?

— И о той страшной охоте, которую открыл Святой Орден после его смерти, – на лицо Агриэла набежала тень. – Любой признак Дара был объявлен знаком проклятия души – и младенцев по одному подозрению убивали в колыбелях. Все проповедники во всех храмах Святого Ордена вещали, что всякий намёк на необычные возможности – от ада. Тогда само слово «ад» попало под запрет, а всё, напоминающее о присутствии неизъяснимых сил, было прямо объявлено злом. Об этом не говорят, но о рождении даже детей королевской крови не объявлялось, пока младенцев не осматривали наставники Святого Ордена. Убивали и принцев, да… но не усмотрели Церла. И за двадцать пять лет правления он вогнал Орден в такой нестерпимый ужас, так точно исполнил все их зловещие пророчества, так подтвердил собственную адскую природу, что после его казни уже не сомневался никто.

— А Дольф Междугорский? – тихонько спросила я, когда снова смогла говорить.

— Междугорье всегда держалось в сторонке, – сказал Агриэл. – Охота на ведьм не была там такой кровавой, как в Перелесье или Прибережье, а уж тем более – как в Святой Земле. Иерарх Междугорский считался почти самостоятельной фигурой… хотя он и был, да и доселе является, я думаю, наместником престола Святого Ордена в Междугорье… всё равно, там было во многих отношениях легче дышать. И хоть Дольф Некромант и хлебнул горя, сколько вместил, всё равно это было долгое и в общем удивительно благополучное правление.

— Благополучное?! – не удержалась я.

Агриэл улыбнулся:

— Привёл в порядок экономику, покончил с бунтом, не дав ему стать гражданской войной, провёл победоносную войну с Перелесьем, которое било Междугорье и отрывало куски его территории с давних пор, вернул древние земли междугорской короны, прижал Святой Орден так, что те и пикнуть не смели. Оставил достойного наследника и продолжателя. Междугорье при Дольфе превратилось из зажатого горными хребтами тёмного угла Севера в великую державу – и с тех пор страна процветает и с ней считаются. Последующие правители так или иначе придерживались принципов Дольфа, а кое-кто – как Хельгар Волкодав или Дайар Красивый – прямо говорил: предок был прав, несмотря на всю свою дурную славу.

— Я всё поняла, Отец Святейший, – сказала я. – Надо запретить Святой Орден ветви Сердца Мира и Святой Розы, да? И победить Перелесье – убить Рандольфа, он не просто захватчик, он ещё и богоотступник…