Книга Костер и Саламандра. Книга 2, страница 1 – Максим Далин

© М. Далин, текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

Мы выходили далеко за полночь.

Олгрен с нами не пошёл. Я впервые увидела, как выглядит душевное потрясение у бронированного адмирала: он стоял, скрестив руки, неподвижный, как статуя, провожал нас взглядом – а лицо у него было одновременно печальное, мрачное и злобное.

— Я сам кое-что проверю, – сказал он на прощание. – Найду способ.

Я просто ни минуты не сомневалась, что Князь Сумерек может найти способ. Вильма только попросила его не убивать – но я не уверена, что адмирал воспринял её просьбу как непререкаемый приказ государыни.

— По возможности, – ответил он и ушёл в тень.

У меня на руках спал кроха Гелхард, завёрнутый в тёплое синее одеяльце, а тело Вильмы на носилках вынесли жандармы. Мы не закрыли её лицо, но оно было белым, как фарфор, даже синеватым в свете газовых фонарей. К проходной завода подогнали карету Королевского Госпиталя, туда было удобно поставить носилки – и мы с Ольгером, Тяпкой и младенцем тоже кое-как разместились. Рашу и Броуку подали мотор.

Проходная была оцеплена, но меня поразила толпа, стоящая вокруг. Они перекрыли улицу, их было ужасно много: молчаливые тёмные люди, рабочие с завода, горожане, какие-то женщины… По толпе прошёл гул, когда люди увидели носилки и нас с младенцем, – но почти сразу же умолк. Не думаю, что кого-то утешили наши бледные, зарёванные, усталые физиономии. Тело Вильмы горожане вряд ли рассмотрели, но именно это и напугало бы кого угодно сильнее всего. Все, наверное, думали, что небо рушится, – и кто их осудит…

— Дорогие горожане! – услышала я голос Раша, спокойный и твёрдый. – Мы пока ничего не можем вам сказать. Завтра сообщим всё – и о здоровье государыни, и о здоровье наследника престола.

Не знаю, разошлись ли они, но перед каретой толпа расступилась без звука – карета тронула с места и быстро покатила по пустым ночным улицам города.

— Как жаль этих добрых людей, – вздохнула Вильма. Она сидела на ногах собственного трупа – и мне было холодно видеть её такой: в окровавленном белом платье, с выбившейся прядью, лунной и полупрозрачной. – Они ведь ожидают вестей о нас с сыном, а я даже не могу их утешить. У них будет грустная ночь.

— Страшная ночь, государыня, – сказал Ольгер. – Жуть берёт, как представишь, что они думают. Вас нет – так и защиты нет никакой. Не младенец же…

— В моём завещании регентами названы Карла и Раш, – сказала Виллемина, но не слишком уверенно.

У меня опять потекли слёзы.

— Ну что ты, Вильма, – сказала я и шмыгнула носом. – Какая из меня регентша? Какой из меня политик? Я же просто некромантка у тебя на подхвате… разве только няня для младенчика, чтобы его учить обращаться с Даром. А Раш – он ужасно умный, кто спорит, но… ну что Раш сделает, если ему заявят, что ни у кого из нас прав нет? А если весь свет заявит? Вот у Хальгара есть. И Орстен ещё жив, между прочим…