Книга Я говорю нет!, страница 158 – Уильям Уилки Коллинз

— Она не выглядела злой, когда посылала вас сюда?

— Злой?! Да она плакала, когда я уходила.

Эмили больше не медлила.

В гостиной женщины-инвалида произошла разительная перемена. Обычно она была ярко освещена, сегодня же лампы завесили, а свечи потушили.

— Мои глаза не так хорошо переносят свет, как обычно, – пояснила миссис Дельвин. – Заходите и садитесь рядом, Эмили. Надеюсь, что смогу вас успокоить. Я сильно огорчусь, если вы покинете мой дом, думая обо мне дурно.

Учитывая произошедшее, спокойная доброта в ее голосе свидетельствовала о таком самообладании, что Эмили невольно ей посочувствовала.

— Простите, я была к вам несправедлива. Мне стыдно, что я уклонилась от встречи с вами по приезде из Белфорда.

— Постараюсь заслужить ваше доброе мнение, – ответила миссис Дельвин. – Оно оправдано по крайней мере в одном случае – я руководствовалась вашими интересами, когда мы даже знакомы с вами не были. Я пыталась убедить своего бедного брата рассказать вам правду, едва он обнаружил, в какое ужасное положение по отношению к вам попал. Увы, Майлз прекрасно понимал, что никаких доказательств своей невиновности у него нет и вы ему не поверите, если он попытается оправдаться, – словом, он оказался слишком робок, чтобы принять мой совет. За обман он поплатился, как и я, впрочем.

Эмили вздрогнула.

— Каким же образом вы меня обманули? – спросила она.

— У нас не осталось иного выбора, – вздохнула миссис Дельвин. – Мы сделали вид, что хотим вам помочь, а сами рассчитывали, что вы станете женой моего брата и тогда, на правах мужа, он убедит вас прекратить дальнейшие изыскания. Когда вы настояли на встрече с миссис Рук, у Майлза в кармане лежали деньги, чтобы подкупить их с мужем и заставить покинуть Англию.

— Ах, миссис Дельвин!

— Я не оправдываюсь и не жду, что вы поймете, как сильно мне хотелось устроить счастье брата, женив его на такой женщине, как вы. И не напоминаю, что знала – когда чинила у вас на пути препятствия, – что вы всенепременно устремитесь на поиски невиновного.

Эмили выслушала ее с сердитым изумлением.

— Невиновного?! – повторила она. – Миссис Рук узнала его голос, едва услышала!

Миссис Дельвин продолжила как ни в чем не бывало:

— Я хочу спросить вот что. Даже после столь недолгого знакомства, как наше… Неужели вы действительно подозреваете, что я выдала бы вас замуж за убийцу?

Эмили никогда не рассматривала возникшую между ними проблему в таком свете. На обращенный к ней призыв она откликнулась пылко и великодушно:

— Ах, не думайте обо мне так! Я знаю, что сейчас говорила с вами безрассудно и жестоко…

— Вы говорили импульсивно, – перебила миссис Дельвин, – вот и все. Мое единственное желание перед тем, как мы с вами расстанемся – разве я могу ожидать, что вы останетесь здесь после случившегося? – рассказать правду. Я не преследую никаких целей, поскольку все надежды на ваш брак с моим братом рухнули. Вы знаете о том, что он и ваш отец были незнакомы, когда встретились в гостинице?

— Да, знаю.

— Если бы они поговорили перед тем, как лечь спать, то могли бы и познакомиться. Однако ваш отец был поглощен своими мыслями, а мой брат так сильно устал после дня на ногах, что уснул, едва положил голову на подушку. Он пробудился лишь на рассвете. То, что он увидел на противоположной кровати, повергло бы в ужас любого смельчака. Естественно, первым делом он хотел поднять тревогу. Встав с постели, он увидел свою бритву – запачканную кровью бритву возле трупа. И тут же запаниковал, схватил рюкзак, отпер дверь во двор и бросился бежать. Зная его, как знаем вы и я, стоит ли удивляться? Многих отправили на виселицу на основании косвенных улик гораздо менее убедительных, чем против бедняги Майлза. Он настолько страшился увиденного, что запретил мне даже упоминать Зеландию в письмах, пока был за границей. «Никогда не сообщай мне (написал он), кем был убитый незнакомец, – если узнаю имя, оно будет преследовать меня до конца жизни!» Я не должна тревожить вас этими подробностями, и все же у меня есть на то причина. В отсутствии доказательств я не вправе ожидать, что вы поверите в невиновность моего брата, как я. Но я могу хотя бы надеяться, что предоставлю вам причину усомниться в его вине. Вы готовы истолковать это сомнение в его пользу?