Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 78 – Хюганацу

Никто не мог сказать точно, какую именно жертвенную утварь украли со склада, однако это должны быть вещи безусловно ценные и пригодные для проведения торжественных обрядов. Обычно такие предметы изготавливают первые мастера столицы, и как раз недавно один такой умелец почил с миром, оставив трем сыновьям престранное завещание…

— Ты о том почившем тиснильщике? – угадал и вместе с тем поразился своей же догадке господин Дзинси.

— Верно, – согласилась Маомао, про себя отметив, что господин обладает живым умом.

Она не знала, отчего умер тот тиснильщик, но предполагала, что он отравился свинцом. Все-таки ремесленникам его рода занятий весьма трудно избежать печальной участи – они ежедневно обращаются с металлом. С другой стороны, его естественная смерть могла только выглядеть таковой. К примеру, ему подарили вино и чашу для него, и он пил из нее, пока совсем не ослаб. И это лишь один из многих возможных способов скрытого убийства.

— Тиснильщик при жизни не спешил передавать сыновьям тайны своего мастерства, – заметила Маомао. – Если бы загадку не разгадали, он бы унес их с собой в могилу, что было бы только на руку злоумышленнику.

Выходит, заговорщик заранее знал, в чем заключается тайна почившего тиснильщика и ценность его мастерства. Пусть и не во всех подробностях, но секреты сплавов он выведал точно.

— Хочешь сказать, что со склада похитили утварь его работы? – спросил господин Дзинси.

Маомао покачала головой.

— Напротив. Те изделия, что похитили со склада, тут же заменили теми, что выковал мастер.

Сказав так, она взяла со столика бумагу и кисть и наскоро набросала чертеж Алтаря Небесного Свода: посередине внизу располагались пузатая жаровня и алтарь, а над ними свисал столб с занавесями. Он держался на веревках, пропущенных через потолочные блоки и натянутых донизу. Верхние и напольные веревки скреплялись металлическими скобами.

— Говорили, что пропала разная жертвенная утварь, но не украли ли еще что-нибудь? – прежде собственных объяснений решила узнать Маомао. – Поскольку эти скобы используются в устройстве алтаря, разве не должны их украсить искусным тиснением? Чтобы, как и прочая жертвенная утварь, они представляли высшую ценность?

— Вполне возможно… – неопределенно ответил Гаошунь.

Ни его, ни господина Дзинси не посвящали в такие подробности кражи, а потому ни тот ни другой не могли сказать с уверенностью.

— Я заметила, что веревки, которые держали металлический столб под потолком, тянулись как раз над жаровней. Предположим, в какой-то миг скобы на канатах до того нагрелись, что поплыли от жара и выпустили веревку.

— Глупости! – фыркнул Басэн. – От таких хлипких скоб избавились бы сразу после выплавки! Не может такого быть, чтобы алтарь устроили из чего-то горючего или легко плавящегося!

— Но столб рухнул, – спокойно возразила Маомао. – Скобы попросту оплавились.

— Сомневаюсь, что жар от жаровни способен оплавить скобы. Уверен, эти тонкости предусмотрели при строительстве алтаря, – поддержал Басэна господин Дзинси.

— Нет, способен. И скобы оплавились, – настояла на своем Маомао, находясь в перекрестье взглядов трех господ. – Каждый металл по отдельности плавится при довольно высоком жаре. Однако сплав из разных металлов может плавиться при жаре гораздо слабее, чем металлы, входящие в его состав, – напомнила она о тонкостях тайного искусства почившего тиснильщика.