Книга Альма Френг и новые тайны, страница 50 – Ида Туфте Микельсен

«Меры безопасности нужно усилить», – удивлённо повторила про себя Альма. Зачем? Она постаралась расслышать побольше, но Симон говорил тихо, и до Альмы донеслось лишь неразборчивое бормотание.

— Понимаю, что рискую показаться старой развалиной, – сказал Эдвин, – но нельзя ли мне скорее куда-нибудь присесть?

— Ой, конечно, – спохватилась Альма. – Сюда, сюда.

Когда они проходили мимо туалетной двери, снова заговорила Элионора.

— Мы предприняли все необходимые меры, – сказала она. – И хорошо понимаем, что ситуация нестандартная. Альма…

— Какой чудесный у вас дом! – восхитился Эдвин.

— Да, спасибо, – быстро ответила Альма. Больше всего ей хотелось дослушать продолжение разговора в туалете. Что там Элионора собиралась сказать о ней? Но снова заговорил Симон.

— Элионора, это же рискованно! Альма не знает…

— Ну пойдём, – сказал Эдвин, кладя руку на плечо Альмы. Мягко, но настойчиво он повёл её по коридору в сторону кухни.

Стол был накрыт на четверых. Красивая скатерть, ваза с цветами. Альма подвинула Эдвину стул, и тот сел. С губ сорвался лёгкий стон. Хоть он и пытался это скрыть, его явно мучили боли.

— Налить тебе воды? – предложила Альма.

— Да, спасибо, – тепло поблагодарил он.

Эдвин отпил немного воды. Альма видела, с каким трудом вздымается его грудь при дыхании.

— Как ты себя чувствуешь? – спросила она.

— Давай-ка лучше о тебе, – сказал Эдвин с улыбкой. – Как у тебя прошли эти месяцы?

— Неплохо, – пожала она плечами.

Эдвин изучал её с лёгким недоверием во взгляде.

— Кошмары?

Альма пару раз моргнула и кивнула.

— Я и сам с ними борюсь, если тебя это поддержит. Ну а что курсы?

Альма понимала, что врать ему бесполезно. После особенно усиленной тренировки в прошлую субботу её шар снова изменил цвет и стал голубым, но до тройного теста оставалось всего несколько дней.

— Могло бы быть получше.

Эдвин кивнул.

— Старайся в меру своих способностей, больше тут нечего посоветовать. Сделай, что можешь, а там жизнь покажет. Правда, иногда она показывает нам совсем не тот путь, на который мы рассчитывали.

— Думаешь, у меня не получится стать настоящей солнцеловкой? – расстроенно спросила Альма.

Эдвин поправил кончиком пальца красную перемычку очков на переносице.

— Конечно, получится, Альма. Только ни я, ни кто-либо другой, ни курсы, ни школа не могут сказать тебе, кем тебе становиться. Тебе могут ставить оценки, давать характеристики, дипломы, присваивать ранги или что угодно ещё. Но только ты знаешь, кто ты такая. А всё прочее – просто наносное.

— Думаю, в этом доме с тобой мало кто согласится, – ответила Альма.

— Не думаю, – возразил Эдвин. – Совсем нет.

Дверь туалета открылась, и Альма услышала, как зашаркали по коридору тапочки Симона.

— Альма, – начал он серьёзно. Альма успела подумать, что, услышь он, как пренебрежительно Эдвин говорил о школьных оценках, отложил бы свой самый что ни на есть серьёзный разговор. – Не хочется делать этого сейчас, я понимаю, с каким нетерпением ты ждала этого дня, но я не думаю, что идти на рождественский ужин – хорошая идея.

— Это почему это? – возмутилась Альма.

— Единственный вопрос, который важно задать в этом случае: безопасно ли это? И ответ, очевидно, «нет».

— Очевидно, Симон, что принять такое непросто. Сегодня же праздник. И я за ней пригляжу.