Книга Альма Френг и солнцеловы, страница 98 – Ида Туфте Микельсен

Когда они оказались в сухой и тёплой бабушкиной гостиной, Элионора отметила, что боги погоды были на их стороне. Ведь и правда, не каждый день на помощь приходят идеальные грозовые тучи без особой турбулентности.

Все страшно устали, но никто не хотел ложиться, пока историю не рассказали – и не раз! – со всеми подробностями. И речи не было, чтобы отправиться по кроватям, пока Элионора не обработала каждую ранку и царапину на изрядно потрёпанных Авире и Альме. Наконец, она проводила их на второй этаж в гостевую спальню. Уснули они моментально.

Альма села на кровати. Из пола поднимался ствол дерева, и выглядел он так же естественно, как стена или кухонный стол. А как же иначе, ведь Элионора жила в доме на дереве. Накануне вечером Альма была слишком уставшей, чтобы обращать на это внимание, но теперь разглядывала ствол во все глаза.

Она коснулась ногами холодного пола. Тело затекло и одеревенело, шея до сих пор болела после хватки Габриэллы.

В одном углу комнаты была лестница. Альма услышала голоса внизу. На первом этаже разговаривали Элионора и Эдвин.

— Все эти годы я искала тебя, – говорила Элионора. – Никогда не бросала поиски.

— Ты думаешь, я не знал? – спросил Эдвин. – Если и было что хорошее в том, что Габриэлла бросала за решётку невинных людей, так это то, что я регулярно получал информацию, где бы она ни держала меня в плену. Я всегда знал, что ты меня ищешь.

Внизу стало тихо. Альма подумала, что ей стоит вернуться в кровать и дать им спокойно договорить. Но любопытство победило.

— Я слышал, что Симон…

— Это моя вина, – сказала Элионора. – Когда ты пропал, я перестала толком о нём заботиться. У тебя это всегда лучше получалось, и мне казалось, что, если я смогу тебя вернуть, всё снова станет хорошо. – Она не то вздохнула, не то всхлипнула, Альма не поняла. – Меня никогда не было дома, а он ведь был ещё совсем ребёнком. Можно сказать, он остался сиротой. Я в своей жизни наделала ошибок, но эта – самая большая.

— Да, непросто оставаться человеком, – сказал Эдвин. – Да ещё жить сразу набело. Интересно, если бы у нас была пара-тройка черновых попыток, чтобы можно было научиться на своих ошибках, был бы мир другим?

— Альма!

Альма обернулась. Авир проснулся и сел на постели.

— Доброе утро! Как ощущения? – спросила Альма.

— Свеж, как огурчик! – ответил Авир и потрогал себя за лоб. – Ну, разве что – маринованный огурчик.

Приятно было видеть, что Авир снова улыбается. Альма хотела поблагодарить его за всё – и за всё извиниться. Но не знала, с чего начать.

— Слушай, насчёт вчерашнего… – начал Авир.

Альма кивнула.

— Без тебя… я хочу сказать, спасибо… ты не обязан был… но я бы не справилась…

Она собиралась сказать, что одна она бы не справилась. Хотела поблагодарить за то, что был с ней с самого ислетания, а потом в парламенте. Никто ещё не делал для Альмы ничего подобного. Она проснулась в древесном домике Элионоры благодаря Авиру, в этом она не сомневалась, но как за такое поблагодарить?

Авир кивнул.

— Ну, без тебя там тоже не обошлось, – прибавил он и улыбнулся.

В просторной комнате снова стало тихо, и Альма услышала, как дерево слегка качается на ветру.

— Но вот об одном я забывать точно не собираюсь, – внезапно продолжил Авир, – ты назвала меня гением.