Онлайн книга «Другой Путь»
|
Нет и не может быть у Петруши одной женщины, которая будет крутить им как хочет! Вернее, такая женщина есть, но она только одна – сама Елисавета! А Кате нужно отдать должное – она полностью соответствовала образу гордой и уверенной в себе аристократки, как будто была таковой всю свою жизнь. Молодец. Мы еще поиграем. Пусть гостьи пока отдохнут. А завтра мы поговорим. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. ИТАЛЬЯНСКИЙ ДВОРЕЦ. 6 ноября 1743 года Мы обозревали территорию под будущие строительства. Мы – это я, ваш покорный слуга, мой управляющий производством Аким Петрович Северянин, мой главный инженер майор Степан Миронович Валуев, Ломоносов, Рихман и Катя. Конечно, Катя на подобных совещаниях бывала отнюдь не в качестве горничной. На ней множество организационных вопросов, в том числе и вне пределов территории Итальянского дворца. Катерину уже знают многие решающие в Петербурге и не слишком парятся по поводу ее статуса крепостной и горничной. Кому надо – те знают, что это не совсем так. И что с ней можно и нужно говорить, если ты хочешь решить какой-то вопрос или достучаться до цесаревича. Здесь же она, ко всему прочему, еще и в качестве перспективной ведущей направления целебных средств, духов, косметики и прочей парфюмерии. Откровенно говоря, несмотря на то, что тут «трудящиеся» аристократы ходят с килограммом пудры на мордах и разит от них крепкими экстрактами, которые здесь гордо именуют духами, а также потом и прочими человеческими производными, подходы к этой сфере пока сильно дилетантские и просто варварские. Типа пустить кровь, втереть в лицо свинец, облить себя флаконом одеколона. В парфюмерии я не силен, но химия она и есть химия. Мыло туалетное ручной работы моя Иринушка дома делала. Там ничего сложного нет. Ну, а всякие целебные мази и прочее, что я утащил в закоулках памяти из будущего и додумал здесь, требовали просто отладки и масштабирования производства. Так что мы осматривали площадку за моим дворцом именно в части строительства будущих производственных линий. Мне предстоял прием, и Матушка собиралась лично посмотреть планы на будущее строительство с привязкой к местности. Соответственно, принцессы и принц тоже будут здесь. В общем, не ударим в грязь лицом, и все такое. Получил от Насти письмо. Сидят они в своей деревне. Скучает. Надо будет написать что-то ободряющее, хотя, честно говоря, Настя давно и прочно вылетела из моего душевного гнезда. Я никогда не любил входить в одну реку дважды. Особенно с женщинами. Да-да, страница перевернута. Все. Не Настя первая в моей новой жизни, не Настя, даст бог, и последняя. Матушка старательно организовывает вокруг меня женское общество. Да ради бога. Нравится ей – пусть. От меня не убудет. Женщин я как-то не боюсь и от них не шарахаюсь. Экспедиции и командировки были долгими, да и девяностые – томными. Ирина догадывалась наверняка. А может, о ком и знала, но молчала. Детей на стороне и любовниц в долгую у меня не было. Грани я никогда не переходил. Это я под старость лет остепенился, а так… Ну, вы поняли. Ладно, вопрос двадцать десятый – женщины. Лина – умница и прекрасный династический брак. Катя – умница и… да, вы все поняли уже. Люблю умных женщин. А других баб на постоянку мне пока и не надо. С этими бы разобраться. Дел и так выше крыши. Или кто-то думает, что у цесаревича может быть недостаток женского внимания? |