Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 51 – Юй Сы

Скрытые пространства отличались от обычных мешочков-цянькунь, которые служили хранилищами. Пространство могло вместить не только вещи, но и живых существ, а потому стоило просто невообразимых денег, ведь в нем буквально можно было жить.

Впрочем… Се Юньци огляделся и решил, что жить в этом месте он бы не захотел. Даже для демона, выросшего в Огненной пустоши, здесь было слишком невзрачно и печально.

Сейчас, однако, пространство постоянно озарялось вспышками – и Се Юньци быстро пошел на свет, накинув на себя заклинание невидимости. Если до этого змея не раскрыла его, то лишь потому, что пряталась и от даоса. Теперь же ничто не мешало ей потянуть за собой в болото и Третьего господина.

Эта мысль заставила Се Юньци ощутить укол беспокойства, а следом за ним – волну раздражения. Какое ему дело, узнает ли даос о его истинной личности? В конце концов, он зашел в скрытое пространство, чтобы того убить. А уж с обидой мертвого даоса он как-нибудь справится.

Се Юньци притаился за большим камнем, наблюдая за боем. Тот был в самом разгаре: несмотря на явное преимущество со стороны Мо Хэ, змея сражалась отчаянно и подло. Се Юньци оказался здесь как раз в тот момент, когда шэяо с шипением обратилась огромной змеей, чтобы в полной мере использовать свою истинную форму. Она явно совершенствовалась немало лет и поглотила много ци, раз разбухла до таких размеров: зеленая голова с ярко-желтыми глазами поднялась на два чжана над землей, а кольца массивного тела обвились вокруг Мо Хэ. Но тот даже глазом не моргнул.

— Я советую тебе сдаться и рассказать, как снять проклятие, – спокойно сказал он. – Если ты серьезно раскаешься в своих грехах, я помогу тебе уйти в перерождение.

Змея прерывисто зашипела, явно смеясь над этим предложением.

— Даочжан С-с-сюаньи, ты правда думаеш-ш-шь, что я с-с-соглашус-сь? После с-с-стольких усилий, чтобы заманить тебя в Ш-шанло, сдаться вот так?

Мо Хэ нахмурился, услышав эти слова.

— Заманить? Что ты имеешь в виду? Я не хочу убивать тебя, я готов поклясться, что помогу тебе в обмен на спасение жителей Шанло. – Он поднял Цинсин в белых ножнах, не собираясь, однако, обнажать его.

Се Юньци прищурился, глядя на костяные ножны: вот еще одна загадка, которая не давала ему покоя, – почему даос никогда не обнажал меч? В чем причина такой странной нелюбви к лезвиям? Может, его меч запечатался? Но во всех легендах о даочжане Сюаньи всегда присутствовал Алый клинок Небес. Может, это вовсе не он и после той битвы с Владыкой демонов Мо Хэ утратил меч?

К сожалению, некий достопочтенный пребывал в бессознательном состоянии, когда Мо Хэ в гробнице Лю Бяо напитал клинок ци и тот вспыхнул алым. Увидь он это, и Се Юньци бы не сомневался – это тот самый Цинсин.

— Глупый даочж-жан, – прошипела змея. – Мне не нужна твоя помощь, и твой конец-ц-ц близок. Ты уже отравлен моим ядом и вс-с-скоре совсем ос-с-слабеешь. И тогда с-с-свершится пророчество, и мой господин выиграет с-с-спор.

У Се Юньци екнуло сердце – проклятая болтливая гадина!

— Кто твой хозяин? – Вопреки ожиданиям Се Юньци, Мо Хэ спросил совершенно иное, будто ни пророчество, ни спор его не интересовали. – Наместник юга? Это он приказал тебе напасть на Шанло?

Змея свистяще засмеялась, а затем атаковала, и Се Юньци был ей за это благодарен – потому что когда сия тварь открывала пасть, то говорила слишком много ненужного. Сам он пока не спешил вмешиваться, потому что планировал посмотреть, что сможет могущественная яо сделать против ослабшего и ослепшего даоса.