Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 46 – Юй Сы

В ответ Се Юньци заказал лучший чай в «Тысяче цветов» и заранее оплатил комнату из своего кармана.

И вот Мо Хэ сидел в углу, слушал игру на гуцине, а два его ученика занимались, как они это называли, «выведыванием информации». Если где-то в глубине души даоса и кипел гнев, лицо Мо Хэ оставалось равнодушным, а взгляд – сдержанным. И даже пальцы не так сильно сжимали пиалу из прекрасного фарфора.

Только сейчас он понял все недостатки потери зрения. Хотя смутные очертания предметов Мо Хэ все еще видел, но в воздухе клубилось слишком много темной энергии, а они решили скрыть свою светлую ци, чтобы змея ничего не заподозрила. Потому даос не мог использовать свое духовное сознание, чтобы не насторожить противника.

Труднее всего со змеями было именно из-за их изворотливости. Хотя шэяо не являлись сильнейшими из демонов, они тем не менее славились особой хитростью. Эта змея уже встревожила клан Лу, который послал на подмогу Шанло лучшего лекаря в мире. Барьер не выпускал ее из города, но она продолжала творить зло и заражать людей, и до сих пор ее никто не обнаружил.

Шанло – маленький городок, но из-за торгового пути здесь всегда большой поток людей, и отследить человека очень сложно. Особенно если это замаскированный демон. Клан Лу славился лекарями, он никогда не был силен в талисманах и поиске.

Кто был силен, так это Мо Хэ. Особые техники, которые он придумал, смешивая буддийские и даосские практики, помогли ему добиться невиданных высот в заклинаниях и талисманах. Пожалуй, в сей области он мог считаться лучшим экспертом в мире. Лу Уюэ это было хорошо известно, так что неслучайно он позвал Мо Хэ. Но тот пока понятия не имел, поможет ли уничтожение демона в борьбе с поветрием. Это был самый крайний и последний вариант, поэтому сначала он собирался поговорить со змеей.

Мо Хэ снова вздохнул и мимолетом отметил, что в последнее время делает это слишком часто. Может, он размяк или же обстоятельства тому способствовали? Он отвлекся от своих мыслей и прислушался к беседе.

Правда, беседой это было не назвать – скорее беззастенчивым заигрыванием. Самое ужасное, что Гу Вэньвэнь, кажется, хорошо вписалась в свою роль и поддакивала Се Юньци.

— Красавица, у тебя такой нежный голосок, расскажи еще о Шанло, мы с братьями здесь впервые. – Се Юньци игриво провел пальцами по шее Шихуа, и та так громко захихикала, что это уже не походило на притворство.

— Почему же господин раньше не приезжал в наш скромный городок? Почти все, кто едет в столицу, останавливаются у нас. – Шихуа прикрыла рот рукавом, а сама стыдливо прильнула к Се Юньци. – Наш дом «Тысяча цветов» всегда славился лучшими талантами.

— Я вижу, я вижу, таких красавиц еще поискать!

Се Юньци приобнял ее за талию и стрельнул глазами в даоса, который сидел, словно каменная статуя. По его виду и не скажешь, что он «развлекается» в публичном доме. Правда, о слепоте его тоже не догадаешься. Мог бы хоть чуть больше отыгрывать свою роль, раз этот достопочтенный надрывается.

— Сестрица, а что за румяна ты используешь? – спросила Гу Вэньвэнь, ущипнув Сыхуа за щеку. В ее глазах сверкал неподдельный интерес, и Сыхуа смущенно зарделась и прижала ладони к щекам.

— Ой, не знаю, – пролепетала она. – Из какой-то столичной лавки.