Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 13 – Юй Сы

Се Юньци вытянул шею, силясь рассмотреть, что за жетон даос показал стражнику: это был чрезвычайно искусно вырезанный олень из молочного нефрита, на спинке которого виднелась надпись «Лу»^[35], а за задние сцепленные ноги был привязан шнурок с белой шелковой кисточкой. Вещица казалась невероятно ценной и даже будто излучала свет. Се Юньци удивленно поднял брови: этот жетон вполне можно продать за целый мешок серебра, но при этом проклятый даос заставлял их голодать и ночевать под открытым небом. Сколько еще дорогих вещей скрывалось в этом потрепанном мешочке?

Судя по всему, это была личная подвеска кого-то из главной ветви клана Лу – и вот это Се Юньци уже не удивило. Если даос водит дружбу с главой клана, почему бы тому не подарить другу подвеску? Странная мысль закралась в голову Се Юньци: а что подарил даос в ответ старикану?

Мо Хэ терпеливо ждал, пока стражник осмотрит подвеску. Тот покрутил ее и наконец с некоторым благоговением протянул обратно.

— Проходите. – Он посторонился, пропуская их внутрь. – Но правило для всех одинаковое: войти можно, выйти нельзя.

Мо Хэ кивнул и вошел в боковую дверь. Се Юньци позади него пробормотал:

— Что за глупое правило? Неужто они верят, что эти стены смогут удержать заклинателя?

Мо Хэ и сам так думал, но не стал бы говорить этого вслух. В самом деле, для Бессмертной души эти стены – и даже горы вокруг – не представляли никакой преграды. Однако в следующее мгновение мягкая волна ци прокатилась по его телу от макушки до пят, и Се Юньци позади него сдавленно охнул.

Вот она – причина, по которой стражник настойчиво убеждал их не входить: Терраса наблюдения за небом не просто опечатала город, а накрыла барьером, который не давал поветрию распространяться за пределы Шанло, а значит, болезнь явно имела демонические корни.

Мо Хэ нахмурился: все говорило о том, что ситуация намного серьезнее, чем он представлял. Он устремил взгляд вперед, за ворота, гадая, что же их ждет дальше.

Се Юньци это совсем не заботило. Прямо сейчас он пытался придать своему лицу невозмутимый вид, хотя все его нутро переворачивалось, а меридианы кипели. Этот барьер был того же свойства, что и в Сянъяне, но с одним-единственным отличием: он не выпускал темную ци наружу. В прошлый раз Се Юньци прятался за спиной Мо Хэ, поэтому беспрепятственно вошел в город и вышел из него, хотя и испытал немало неприятных ощущений. Серебряный колокольчик, спрятанный на поясе нижнего халата, снова раскалился, да так, что обжег бедро. Молодой человек невольно задумался: сколько еще выдержит этот древний артефакт?

Колокольчик был сокровищем его клана, фамильной ценностью. Ходили слухи, что он когда-то принадлежал Владыке демонов и способен скрывать темную ци, делая из демона обычного заклинателя. До сей поры именно он помогал Се Юньци успешно прятаться прямо на виду у даоса, и то, что тот до сих пор его не раскрыл, говорило о настоящей силе колокольчика. Его прозвали Двуликим колокольчиком за способность выдавать черное за белое. Никто в праведном мире понятия не имел о его существовании, и семья Се Юньци бережно хранила колокольчик долгие годы, пока тот не достался последнему отпрыску главной ветви – то есть Третьему господину.

И теперь Се Юньци невольно опасался, что его предки забьют нерадивого потомка до смерти, если колокольчик окончательно потеряет свои свойства. Не то чтобы молодой человек боялся гнева отца или матери, но вот дед его, как говорят, даже вступал в сражения с самим Владыкой демонов, заслужив его почтение. Если этот великий демон восстанет из Диюя^[36] лишь ради того, чтобы накостылять внуку, Се Юньци от него не спасется.