Онлайн книга «Улыбайтесь - вы в Египте!»
|
Шел 1992 год. Каждый был по-своему «благодарен» Михаилу Сергеевичу за неожиданно грянувшие реформы и за их грандиозные последствия, за неуемный «плюрализьм», непонятный консенсус, «сухой закон» и карточную «диету». Поговаривали, что Соединенные Штаты, отчаявшись победить в борьбе за мировое господство, поставили на кон свою последнюю козырную карту: ЦРУ, договорившись с английской разведкой, забросило в Союз страшного и ужасного, законспирированного под кличкой «Меченый» агента 007. Старина Джеймс никогда не подводил начальство, и сейчас успешно приближался к выполнению поставленной задачи, то есть разрушению «колосса на глиняных ногах» изнутри. Граждане «колосса», предусмотрительно втянутые в соцсоревнование по кооперации, индивидуализации трудовой деятельности и несоразмерной болтологии, терпеливо ждали процветания, обещанного следствия реформ. Семьдесят лет вся страна, голодая, но гордо подняв голову, шагала к светлому будущему при коммунизме, а теперь, резко развернув оглобли, голодая пуще прежнего, двинулась в противоположном направлении — к упорно ускользающему из вида «загнивающему» капитализму, не видя дороги и блуждая в потемках дебетов и кредитов. Все было бы хорошо и очень привычно — русские любят страдать и настолько терпеливы, что нередко кариес переходит в гангрену, но вот великоросская гордость быстро сдавала позиции. В рамках провинциального «Современника», как ни старался Тыничкин, Иринка слыла передовым героем-революционером. Все, как один, желали себе такой же судьбы и мечтали нести доброе и вечное искусство в массы за определенное количество зеленых бумажек с горячо любимым президентом Франклином в любом другом месте нашей планеты, хоть на экзотическом Берегу Слоновой Кости, но только не в великой державе под названием Советский Союз. Каково же было удивление, когда Ирина, вернувшись через три месяца в родные пенаты, не поехала в тот денежный край снова: ее группа отправилась в Каир, заменив Иринку на кого-то другого. Мужская половина «Современника» была уверена, что данный пердюмонокль случился потому, что Ирина не «дала» Роме, Роману Вячеславовичу, руководителю «Кренделей», а женская — судачила о грустной, романтической истории, где была замешана великая, но несчастная любовь. Через некоторое время разговоры поутихли, чтобы в один прекрасный день разгореться с новой силой. Тыничкин не был бы Тыничкиным, если бы не сумел «перестроиться» и достать заграничный рабочий контракт. «Современник» возликовал, воспрял духом, стал лихорадочно готовиться к поездке в коммунистический Китай и уже забыл о героине всех толков-кривотолков, как именно в тот момент и состоялось возвращение блудной Кущиной. Она появилась в коридоре, гордо вышагивая, как по подиуму. На Иринке красовались добротные, качественные вещи, явно не производства местных кооперативов и не товар челноков с Центрального вещевого рынка. Женская половина распознала это сразу, так как все могли одеваться только на базаре, а немыслимую красоту наблюдали в пионере заграничных журналов мод «Бурда Моден», что сметался с прилавков в мгновение ока редкими счастливицами. Те, кто не успел, перефотографировали каждый новый номер и умилялись ярким нарядам из воздушных шелков, золотой парчи, прозрачного шифона, ломали головы, что такое авокадо и анчоусы, прочитав в отделе рецептов про модные диеты, и завидовали моделям, плавающим в ароматических ваннах с добавлением лепестков роз. «Вы все это можете! Вы этого достойны!» — кричали с каждой страницы, но не объясняли, как выкроить из семейного бюджета лишний рубль на парчу, если макароны и хлеб выдаются по карточкам, а законной зарплаты не видно месяцами… |