Книга Убей меня, люби меня, страница 152 – Хэй Янь

Мертвяк наконец расслабился, и на его лице появилась глуповатая улыбка.

Из-за того, что Цин Янь склонился над своей миской, Мэй Линь теперь отлично видела Мужун Цзинхэ – тот обедал чинно и с изяществом. Рядом сидела позеленевшая от злости Муе Ломэй с ее свирепым взглядом. Мэй Линь стало не по себе, и она тихо принялась за еду, больше ничего не подкладывая Цин Яню.

Стук палочек, брошенных на стол, заставил всех вздрогнуть.

— А я и не знала, что ты, оказывается, привык делить еду с рабами, – усмехнулась Муе Ломэй, нарушив всеобщее молчание. – Какой же ты, однако, доступный для народа. Вот так принц.

От этих язвительных слов не только Мужун Цзинхэ, но и Цинь Янь изменился в лице. Мэй Линь, подавляя горечь и гнев, сжала в руке свои палочки. Она понимала, что ей не следует доставлять неприятности Цин Яню. Раньше она была наложницей Мужун Цзинхэ, и ей приходилось многое терпеть. Теперь она законная жена Цин Яня, но по-прежнему вынуждена сдерживаться. Видимо, ей придется жить в покорности до конца жизни.

— Цин Янь с малых лет следует за ваном, и наша привязанность крепче, чем у братьев. Что там – есть из одной тарелки… Однажды я попал в беду, был тяжело ранен и не мог жевать, и именно он спас мне жизнь, размачивая твердые сухари собственной слюной, – спокойно возразил Мужун Цзинхэ, отставляя миску, но в голосе его звучало недовольство. – А сегодня я просто взял у него немного овощей. К чему устраивать переполох? – После паузы он с улыбкой добавил: – Ломэй, не всякому позволено разбрасываться словом «раб».

В этих словах явно слышалось предупреждение.

Все, кроме Цин Яня, который продолжал грызть куриную ножку, были поражены словами принца. Мертвяк и Юэ Цинь впервые увидели, как он проявляет свое царственное величие. Лицо его оставалось приветливым, но от речей кровь стыла в жилах. Мэй Линь, которая видела его с самых разных сторон, не придала этому большого значения, хоть и не ожидала, что Мужун Цзинхэ настолько ценит Цин Яня. Однако больше всех поразилась Муе Ломэй.

Ее распирало от ярости – он только что прилюдно унизил ее из-за какого-то раба! Но в то же время редкое проявление властного характера Мужун Цзинхэ заставило ее сердце биться чаще. В груди смешались противоречивые чувства: она никак не могла решить – выплеснуть гнев или сдержаться?

В этот момент корабль сильно качнуло. Зазвенела посуда, и все ухватились за стол, чтобы не упасть.

Вбежал владелец судна.

— Входим в пороги Литу!

Их ждали девять стремнин, восемнадцать излучин и смена погоды каждые десять ли.

Из-за непрерывных дождей отмели стали ýже, подводные течения – стремительнее. На втором повороте судно швырнуло на острые скалы, повредив корму. Несмотря на богатый опыт, у рулевого и гребцов вспотели ладони.

Мэй Линь села на кровать в своей каюте, держа в руках сверток с вещами, и вслушивалась в каждый звук, издаваемый судном. По старой привычке, оказавшись перед лицом опасности, она предпочла заранее приготовиться ко всему, не надеясь на удачу.

Остальные же, вопреки обстоятельствам, занимались своими делами – никто не разделял ее готовности. Юэ Цинь даже выбежал на палубу, чтобы посмотреть, как судно борется со стихией – захватывающее и опасное зрелище!

Цин Янь, как и прежде, оставался при Мужун Цзинхэ. Муе Ломэй также находилась с ним – они обсуждали боевые действия на границе. И ее телохранительницы были рядом, готовые ответить на любые вопросы, вроде бы простые, но каверзные.