Книга Только с тобой, страница 165 – Э. Сальвадор

Та едва заметная ямочка, что проступает на ее правой щеке, когда улыбается. Тепло в ее глазах и то, как они светлеют, когда она раскрывается и говорит о музыке и преподавании. То, как на ощупь и как сияет ее шелковистая, гладкая кожа, будь то под солнцем или луной. Мелодичное напевание и то, как движутся ее изящные пальцы по любой поверхности. Но из всего, что есть в ней, что исходит от нее и окутывает разум, возвращает меня, притягивая, — это ее голос и цвета, которые он пробуждает. Это стягивает все во мне, что отключилось, обратно к реальности.

Я фокусирую взгляд на Рейде. Как всегда, он смотрит на меня терпеливо и с участием.

— Хочешь поговорить о том, что вызвало у тебя такие чувства?

Напряженный пузырь тишины, в котором мы находились, лопается. В голове война, метание между тем, чтобы открыться или нет. Логически, говорить не о чем. Мои чувства — фигня, и нужно перерезать эту петлю, что постоянно тянет меня назад, в прошлое.

Логически понимаю, что нужно говорить, потому что та самая петля тянет меня под воду, и чувствую, что снова медленно тону.

Выпрямляясь, я вздыхаю.

— В эти выходные я чувствовал себя перегруженным, и не уверен, как это переварить. Для меня это не имеет смысла, потому что все было не плохо.

Это не имеет смысла, потому что я всегда ассоциировал чувство перегруженности с чем-то плохим.

Это вызывает у него полуулыбку.

— И что же ты делал в эти выходные?

Почти улыбаюсь, вспоминая, как Джулианна сняла мои очки и поставила их на тумбочку, когда решила, что я уснул. И как ее подушка для тела оказалась на полу, а ее нога перекинулась через мою.

— Я был с Джулианной.

Рейд цокает языком и улыбается с понимающим видом, затем кладет блокнот и ручку на стол. Он знает о аварии, знает о нашей взаимной ненависти все эти годы, о том, как она переехала к девчонкам, как я занимаюсь с ней, и о том, что немного открылся ей.

Он смотрит на меня мгновение, словно обдумывая, как подойти к тому, что хочет сказать.

— Так, только не закрывайся от меня, хорошо?

Я хмурю брови.

— Хорошо?

Наклоняясь вперед, он ставит локти на колени и сплетает пальцы. Рейд смотрит и улыбается мне так, как это делал бы Джаггер, — по-дружески, расслабленно.

— Как ты думаешь, возможно, так себя чувствуешь, потому что она тебе нравится по-романтически, и тебе кажется, что все произошло слишком быстро?

Моя спина напрягается, дыхание становится поверхностным.

— Я, ну, я, мы... — я провожу пальцами по цепочке, спотыкаясь на словах. Что со мной? Я не запинаюсь.

— Все в порядке, — успокаивает он меня. — Я думаю, у тебя возникли к ней чувства и немного сложно их осознать. Мне кажется, ты чувствуешь себя перегруженным, потому что это спровоцировало воспоминания, и ты запаниковал.

Я провожу ладонью по бороде, опуская взгляд на ковер.

— Она появилась из ниоткуда...— я замолкаю, тихо усмехаясь про себя, вспоминая день нашей первой встречи. — И я не про саму аварию. Она появилась из ниоткуда, и это было так неожиданно. Это не как если бы на тебя вылили ведро холодной воды. Это неожиданно, как когда ты видишь фотографию захватывающую дух. Знаешь, чего ожидать, когда приедешь туда, потому что уже видел снимок, но, оказавшись на месте, понимаешь, что фотография не передала и половины великолепия. Потому что когда ты там, когда по-настоящему все это впитываешь, это намного лучше, чем любая картинка или чье бы то ни было описание.