Книга Беглая целительница для дракона, страница 18 – Виктория Серебрянская

Для вас.

Я уловила это сразу, но не стала заострять внимания. Пока. Сейчас нужно было хотя бы попытаться прояснить еще один острый бытовой вопрос:

— А… одежда? — добавила я, чувствуя, как холод все-таки пробирается под платье. — Мне нужно что-то теплее. Мое… — я запнулась, — не совсем подходит для здешней погоды.

— Это мы тоже решим, — отмахнулась Тильда так, будто речь шла о пустяке. — У нас в крепости не принято, чтобы лекарь мерз. Тем более такой.

Я хотела спросить, какой — но она уже толкнула дверь, ведущую в более теплое помещение, и на меня пахнуло густым, уютным запахом похлебки и хлеба.

На несколько секунд я просто замерла, жадно вдыхая этот запах. Он показался мне безумно вкусным. Намного вкуснее того, что я могла обонять за роскошным столом своего псевдожениха. Тело отозвалось мгновенно — слабостью в коленях и тянущей пустотой в желудке.

— Садитесь, — велела Тильда безапелляционно, подталкивая меня к лавке. — Сейчас принесу.

Я послушно опустилась на указанное место, вдруг осознав, что до этого момента держалась исключительно на упрямстве. Несмотря на продолжительный сон, тело еще не восстановилось.

— Спасибо, — сказала тихо.

Тильда фыркнула, уже снимая с крючка ковш.

— Вот еще. Вы вчера… — она снова осеклась, но на этот раз не отмахнулась. — Вы многих вытащили. Такое не забывают.

Я опустила взгляд на свои руки. Они все еще казались чужими.

— После еды проведешь меня в лазарет, — сказала твердо. — Нужно проверить, как они там.

— Конечно, — кивнула Тильда без тени сомнения, будто другого варианта и не существовало. — Там вас ждут.

Ждут.

Это слово прозвучало неожиданно тяжело. Я глубоко вдохнула и позволила себе поверить: здесь мне есть зачем оставаться. И есть к кому идти.

Похлебка оказалась густой и наваристой. А краюха хлеба к ней — ноздреватой, с отчетливой примесью отрубей. Но мне было плевать. Еда показалась просто божественно-вкусной, и я сама не заметила, как плошка показала дно. Заметив это, Тильда по-матерински мне улыбнулась и поставила передо мной глиняную кружку грубой работы, полную теплого молока:

— У нас тут все по-простому, госпожа, — сообщила она, деловито протирая какой-то холстиной стол, на который попало несколько капель молока. — Даже лорд-протектор ест из одного котла со всеми. Но зато следит, чтобы в крепости всегда было вдоволь запасов, овощи и мука.

Упоминание лорда-протектора испортило мне благостное настроение, воцарившееся с появлением похлебки на столе. Когда я разобралась, что произошло в благородном семействе де Вальер и осознала, что, оставаясь в доме, не сумею отвертеться от свадьбы с мерзким маркизом, я начала планировать побег. И как мне казалось тогда, учла при этом множество факторов. Но того, что начальник крепости примет меня в штыки, предположить не смогла. Впрочем, дело уже сделано, я здесь. А значит, придется отвоевывать свое право остаться в крепости. Доказывать свою профпригодность. Я поморщилась. Надо поторопиться в лазарет, пока туда не наведался этот лорд-протектор и не приказал притащить меня за волосы. С него станется.

Торопливо дохлебав молоко, я решительно встала, стараясь не обращать внимания на протестующие мышцы:

— Я готова, — сообщила Тильде, — пойдем проверять раненных!

Прежде чем мы вышли с кухни, Тильда нырнула в какую-то каморку и вытащила оттуда тяжелую, пахнущую овчиной и старым костром жилетку.