Книга Убийства в пляжных домиках, страница 113 – Питер Боланд

В воздух моментально взлетели руки всех присутствующих в зале.

— Предложение принято.

Теперь зал радостно гудел.

— Ты не можешь так поступить! – выступил вперед Энтони. – Тебе прекрасно известно, что все изменения принимаются единогласно. А здесь присутствуют не все владельцы пляжных домиков.

Фрэнк поманил к себе женщину, и Фиона узнала ее: Линн, ябеда, рассказавшая о сушилке. В руках женщина держала стопку бумаг. Фрэнк вышел из-за трибуны, взял протянутую стопку и поднял над головой:

— У меня есть письменные подтверждения, полученные по почте, от каждого жителя косы, который сегодня не смог приехать, в поддержку моей кандидатуры на место Энтони Оуэнса. – Он передал бумаги ошарашенному мужчине, который пролистал их, проверяя подлинность. А потом бросил на Фиону побежденный взгляд. Это собрание было специально спланировано Фрэнком. Постановка, чтобы сместить Энтони Оуэнса и занять его место.

— Вам нужно будет официально заверить изменения у местных властей, – сообщила Мэлори.

— Завтра же первым делом займусь, – широко улыбнулся Фрэнк.

Фиона сочувственно коснулась руки Энтони, который продолжал неверяще смотреть на распечатанные сообщения.

Но Фрэнк еще не закончил.

— В своей новой должности представителя интересов владельцев пляжных домиков, конечно, в ожидании одобрения от совета, я бы хотел предложить отстранить от расследования пожаров нынешних частных сыщиков в связи с отсутствием прогресса.

— ЧТО?! – не веря своим ушам, вскричали все трое.

Качая головой, Энтони Оуэнс передал распечатанные листы Фионе, а затем быстро спустился со сцены и вышел из центра.

Подруги ошарашенно посмотрели друг на друга, затем на Фрэнка, который изо всех сил пытался изобразить сочувствие, изогнув брови, точно две стороны разводного моста.

— Мне очень жаль. Но мы не можем полагаться на сыщиц-любительниц, пусть и с добрыми намерениями. Ничего личного.

Почему люди постоянно говорят эту фразу, будто она сразу исправит ситуацию?

Тут как раз дело в некоторых личностях и чьем-то эго, в основном эго Фрэнка, который считал себя лучше остальных. Или же Фрэнк почувствовал угрозу? Испугался, что они подобрались слишком близко к правде о том, что убийцей был именно он, а дружки с пляжа его прикрывали? Может, это все уловка, чтобы не дать им докопаться до истины? Вероятность высока, кроме того факта, что никаких весомых доказательств против него дамы так и не нашли. А может, он думал, что все-таки нашли?

В голове Фионы промелькнуло с десяток причин, почему они обязаны продолжить расследование. Разумных, логичных причин, которые она могла бы озвучить и доказать в микрофон, если б Фрэнк ее пустил. Однако эти люди не были готовы слушать голос разума – не в таком состоянии.

Ее мысли подтвердила ябеда Линн, которая вскочила и закричала:

— Вон! Вон! Вон!

Через секунду к ней присоединился весь зал. Целое море взбешенных загорелых лиц кричали и топали ногами так, что все вокруг тряслось.

Фрэнк не собирался их успокаивать, наслаждаясь устроенным им самим спектаклем и напитываясь эмоциями.

Для людей, которые мечтали сохранить свой тихий и мирный уголок, они вели себя на удивление агрессивно.

Радуясь, что оказались на тротуаре, сбежав из враждебной атмосферы, дамы глубоко вздохнули, словно вырвались из рушащегося здания.