Книга Ненужная жена красного дракона. Мачеха наследников, страница 40 – Юлий Люцифер

Я взяла кусок хлеба.

— Вы слишком давно здесь живете.

— Достаточно, чтобы отличать тупую стену от стены с дверью.

— И что из них Радомир?

Радана неожиданно усмехнулась.

— Красный дракон, госпожа. У них стены обычно с огнем.

Я хотела ответить, но в дверь тихо постучали.

Не уверенно, как стучали слуги.

Не официально, как стража.

Легко. Едва слышно.

Радана сразу замолчала. Мы переглянулись.

Стук повторился.

Я поднялась.

— Кто там?

Ответа не было.

За дверью стояли стражники, но они почему-то не объявили посетителя. Это уже было странно. Я подошла и открыла.

В коридоре никого не оказалось.

Стражник справа виновато развел руками.

— Госпожа, мы не видели...

Я опустила взгляд.

У порога лежал маленький сверток из серой ткани.

Я подняла его.

Внутри был кусочек красной ленты, обломок деревянного крыла и листок, сложенный вчетверо.

Милада.

Я почувствовала это раньше, чем развернула бумагу.

На листке была нарисована кукла. Очень простая: круглая голова, платье треугольником, две косы. Рядом — несколько кусков ткани, нарисованных неровными квадратами. Под рисунком не было слов.

Но просьба была ясна.

— Она хочет платье для куклы? — спросила Радана за моей спиной.

— Думаю, да.

Стражник неловко переминался.

— Госпожа, это мог оставить кто угодно.

— Вряд ли Лавр Рогнедин тайком просит меня сшить кукольное платье.

Радана кашлянула, пряча смешок.

Стражник покраснел.

Я взяла сверток внутрь и закрыла дверь. На столе разложила ленту, обломок крыла, рисунок.

Птицу Радомир сломал при Миладе.

Не жестоко — нужно было достать пластину. Но для ребенка это все равно было разрушением вещи, которую ей дали после смерти матери. Даже если вещь оказалась опасной.

— У вас есть лоскуты? — спросила я.

Радана уже шла к сундуку.

— У меня есть все, что в этом доме женщины прячут на случай длинного вечера и плохих мыслей.

Она достала небольшую коробку. В ней лежали обрезки ткани: серый шелк, красный бархат, золотая тесьма, кусочек темно-синего полотна, белая лента.

— Это ваше?

— Теперь ваше.

— Радана.

— Не спорьте. У вас сейчас важная встреча с куклой.

Я села к столу.

Мы не знали, придет ли Милада. Не знали, как она передала сверток мимо стражи. Но я подозревала: старые проходы детского крыла были не только у стен. В этом замке дети, которых слишком много запирали, наверняка знали пути лучше взрослых.

Через четверть часа за панелью у камина тихо щелкнуло.

Радана замерла.

Я не обернулась резко. Только положила иглу на стол и сказала:

— Я выбрала слишком яркий бархат. Наверное, кукле будет неудобно в таком тяжелом платье.

Панель открылась.

Милада стояла в узком проеме, держа в руках маленькую тряпичную куклу.

Сегодня на ее запястье не было браслета.

Только повязка.

От этого девочка казалась еще более хрупкой. Не потому, что ее рука была слабой, а потому что впервые я видела ее без золотого кольца, которым взрослые прикрывали чужое решение.

— Можно? — спросила я тихо.

Милада кивнула.

— Войти можешь. Дверь закрыта, стражники за ней. Радана здесь. Я не буду подходить.

Девочка посмотрела на Радану.

Та сразу отступила на шаг и присела в коротком поклоне.

— Княжна.

Милада не ответила.

Она вошла осторожно, как входит не ребенок в комнату взрослой женщины, а маленький зверек на открытую поляну. Остановилась у кресла, потом сделала еще два шага и положила куклу на стол.