Книга Внезапно Папа, страница 106 – Татьяна Любимая

Настена смущенно улыбается, опустив сияющие глаза в пол.

Платье на ней легкое, черное, до колен. Треугольный вырез так и манит заглянуть поглубже в декольте. Голые руки и плечи хочется согреть своими. От талии до колен мягкими волнами опускается полусолнце. В руках держит туфли с высоченной шпилькой. Гладкие распущенные волосы откинуты назад. Грех такую красоту дома держать, но и вывести в свет, чтобы мужики всякие пялились и слюни распускали… Я понимаю, что когда-нибудь это придется сделать, но…

Аааа! Нет!

— Пойдем, – говорю полушепотом, протягивая ладонь.

Вкладывает свободную ледяную, послушно идет за мной на кухню.

С порога тушу большой свет, оставляя подсветку на гарнитуре. Настя, вытянув пальцы из моей руки, отходит к окну. Надевает туфли. При наклоне волосы падают вперед, открывая такой же вырез на спине и молнию длиной ниже поясницы. Соблазнительница! Специально, да? Чтоб я прямо тут с катушек слетел?

Зажигалка не хочет зажигаться в непослушных пальцах. Щелкаю ею несколько раз и наконец-то в полной тишине зажигаю свечи. Разливаю напиток.

— Черт, музыку забыл.

— Не надо… – просит тихо, не поворачиваясь.

— Я тоже не хочу. Думал тебе, для романтики.

Подхожу сзади. Чувствую, как вытягивается в струну от моей близости. Держа два бокала в обеих руках, беру Настену в кольцо рук, едва касаясь ее голых плеч. Забирает один.

— Замерзла? Дрожишь вся.

— Нет…

Волнуется.

Я тоже. Не спугнуть бы, не оплошать. Возможно, ее Женя устраивал романтИк поинтереснее, но сейчас Настена со мной, а не с Женей, так? От осознания ее выбора тайно злорадствую над парнем. Дурак ты, Евгений, такое сокровище профукал.

Как назло, ни одного подходящего тоста в голове. Одни непристойности.

— Чин–чин? – легонько бью свой бокал об ее.

— Чин–чин, – едва касается губами напитка.

Отпиваю из своего половину. В тишине отчетливо слышно шипение пузырьков в бокалах и грохот моего сердца. Меня плющит от интимности момента и в то же время я наслаждаюсь этой чарующей прелюдией. Оттягиваю неизбежное, распаляя себя и свою Настену.

— Как красиво, – слегка кивает подбородком на окно.

— Мхм. Ночью вид из окна действительно обалденный.

Неоновые огни города искрами полыхают в темных зрачках девушки. Смотреть на их танец можно вечно, что я и делаю, зависая.

— Михаил Иванович, не смотрите так на меня, пожалуйста. Вы меня смущаете, – встречаемся с ней взглядами в отражении окна.

— Извини, Настена, не могу не смотреть. Нравишься ты мне.

Машет головой, волосы тут же прячут лицо.

— Пей, Насть. Или невкусное?

Может, выпьет, расслабится, а то трясет всю.

— Михаил Иванович…

— Давай без Ивановича, а? И на ты.

— Олеся в клубе выпила мой коктейль… Там что–то было…

— И? … А–а! – осеняет меня и прилично злит. – Ты что, думаешь я тебе сейчас что–то подсыпал? Ты за кого меня принимаешь? Думаешь, я не могу соблазнить понравившуюся мне девушку без допинга?

— Вы всех соблазняете на первом свидании?

Вот же… стрекоза. Романтичный вечер стремительно превращается в выяснение отношений. И тебе, Миша, сегодня грозит птица обломинго.

— У меня нет шансов? – сложно скрыть недовольство. – Определиться не можешь, кого выбрать? Кандидатов достойных подбираешь – Женя, Серега, я? Может еще парочка есть, я не в курсе?

— Намекаете, что я непорядочная девушка? – возмущенно.