Книга Император песчаных карьеров. Том 1, страница 3 – Антон Панарин

Капитан развернулся и пошёл отдавать распоряжения. Я смотрел ему в спину и думал о том, что Рагнар Железная Рука, хоть и пират, но мужик что надо. За месяц я ни разу не видел, чтобы он нападал на мирные караваны. Только имперские суда. И то с военным грузом или казённым золотом.

Простых торговцев он пропускал. Даже помог одному, у которого парус порвался посреди пустыни. Отдал запасной, хотя сам нуждался в нём. Эдакий Робин Гуд пустынного пошива.

Я до сих пор не мог понять логику местных пиратов. Вроде и бандиты, и грабят, но какой-то кодекс чести соблюдают. В моём прошлом мире такое называлось бы «социально ответственным бизнесом». Грабим, но в рамках приличий.

Хотя, если честно, после того, что вытворяла империя с местным населением, я даже рад был оказаться по другую сторону баррикад. Прошлый опыт работы в компании, где топ-менеджмент только и думал, как бы урезать зарплаты и премии рядовым сотрудникам, научил меня видеть подобные схемы за версту. Империя здесь была той же компанией. Только вместо офисного планктона — крестьяне, а вместо премий — скудный урожай, который отбирали под корень.

— Приготовиться к высадке! — рявкнул боцман.

Я потянулся к поясу, проверяя оружие. Топор на месте. Короткий нож тоже. Арбалет за спиной. Всё при мне. Александр Сергеевич Ветров, менеджер среднего звена, идёт грабить имперский караван.

Корабль застыл в сотне метров от оазиса, и я впервые по-настоящему оценил масштабы здешней флоры. Пальмы, если это вообще можно было назвать пальмами, возвышались метров на двадцать. Листья размером с мою бывшую однушку. Вокруг оазиса зеленело что-то, напоминающее траву, но какого-то неприятного фиолетового оттенка.

Ещё недавно я бы сказал, что кто-то переборщил с фотошопом. Сейчас просто смирился с тем, что природа здесь явно употребляла что-то запрещённое.

— Дальше пешком! — скомандовал Рагнар, спускаясь по верёвочной лестнице на песок.

Команда двинулась за ним. Я плёлся где-то в середине колонны, стараясь не отставать, и одновременно высматривая любые признаки опасности. Месяц в пустыне научил меня одному: здесь опасно абсолютно всё. Даже то, что выглядит мило и безобидно, может оказаться смертельным.

Помню, на второй день одного новичка чуть не сожрал пустынный кактус. Да-да, именно сожрал. Зубастый кактус. Я до сих пор вижу это в кошмарах.

Песок под ногами был странно твёрдым, утрамбованным. Профессиональная жилка аналитика тут же взбрыкнула: слишком ровно для естественного образования. Кто-то здесь ходил. Много и часто.

— Оружие наготове, — негромко сказал капитан. — И держите глаза открытыми.

Не надо было мне напоминать. Мои глаза и так были открыты настолько, что, казалось, вот-вот вывалятся.

Мы дошли до оазиса минут за десять. Странно, что никаких имперских караванов не видно. Ни людей, ни следов, ни палаток. Только эта буйная, неестественная растительность и тревожная тишина.

Слишком тихо.

Даже твари в пустыне затихли. Пение сирен тоже смолкло. Такое ощущение, будто природа затаила дыхание, ожидая чего-то.

— Рагнар, — негромко позвал боцман, коренастый мужик с татуировкой в виде скорпиона на лысой голове. — Глянь.

Он указывал на что-то у основания самой большой пальмы. Я прищурился, пытаясь разглядеть.

Лестница.

Каменная, широкая, уходящая куда-то вниз. Ступени были покрыты странными символами, которые слабо светились в сумерках зелёным светом. Красиво и очень, очень подозрительно.