Книга Где моя башня, барон?! Том 7, страница 24 – Антон Панарин, Сергей Харченко

— Если у нас всё получится, я готов разделить пьедестал с тобой, — хмыкнул Илья.

— Давай потом поговорим, — подмигнул я ему.

Разумеется, я не собирался заниматься этой рутиной. Ведь не настолько всё просто. Собрать всех вместе, обратиться с пламенной речью — и все проживающие в кампусе твои верные соратники.

Это огромная кропотливая работа. И организация вечеринок, и культурно-массовые мероприятия, и спортивные состязания. Такой груз задач я на своём горбу везти не собираюсь. Помочь — помогу, но у меня более амбициозные цели.

Да к тому же ещё надо не забыть вернуть в свой прошлый мир и кое-кому настучать по тыковке. Но прежде возвыситься. И первый шаг — выжить в этом осином гнезде и собрать искры в единый артефакт. Ну а потом — потом будет самое веселье. Ух, как будет весело, я прям жду не дождусь!

Мы вернулись в дом. Юсупов и Михаил повосклицали, порадовались, находясь в восторге от недавней дуэли. Затем откуда-то притащили ящик пива, и мы его тут же употребили.

Я вернулся в свою спальню. И увидел в ней вход в пещеру, из которой торчали массивные ноги троллихи. Приглядевшись, я понял, что Брумгильда лежит на спине и читает книгу, подсвечивая страницы налобным фонариком.

— Брум! — позвал я троллиху, и она пошевелилась, выглянув из ментальной пещеры. — Что с тобой? Почему ты не помогаешь в битвах?

— Ветер колышет ветви сакуры и облетают лепестки с соцветий.

Но дым войны и ярость схваток троллям чужды.

Мир и развитие вокруг, — мелодично сообщила троллиха.

Ага, теперь я всё понял. Но она ведь вступилась за меня, когда Хазаров напал. Так ведь? Хотя я могу и не спрашивать. Угрожали мне смертью, значит угрожают и ей. Она защищается. Ведь мы теперь связаны.

Гоб выскочил, и я заметил как окрас его тела изменился. Теперь он бледно-зелёный. Даже ближе к болотному, что ли.

Он вальяжно прошествовал к троллихе, затем упал на одно колено в рыцарском жесте, протянул ей ажурные и совсем нескромные полупрозрачные трусики и лифчик. Брумгильда охнула, уставилась в удивлении на его подарок.

— И не благодари меня, о свет моих очей

Бери смелее, женщина, мать моих будущих детей!

Дарю это бельё. Только не надо тут стесняться.

Ведь скоро будем секисом в твоей пещерке заниматься, — торжественно изрёк Гоб, а затем его желудок громко и утробно заурчал.

— Ой-ё-ёй, ойё-ё-ё-ё-ёй

Охренел животик мой, — бросил он напоследок и скрылся в тень.

Брумгильда растерянно хохотнула, затем подняла женское бельё и закинула в свою пещеру. Щёки троллихи слегка покраснели от смущения, и она исчезла в убежище.

Я покачал головой. Ну и подкат, конечно. В стиле Гоба. Но троллихе он понравился, что меня удивило. Неужели она решила изменить своим принципам? Или захотела просто поиграть с зеленомордым? Ладно, потом увидим.

В общем я решил сесть за учебник, открыл книжицу, но громкое урчание и булькающие процессы в животе Гоба мешали мне сконцентрироваться.

— Да твою же мать, Гоб! А ну прекрати уже! — не выдержал я на пятой минуте, и зеленомордый выскочил из тени, тревожно посматривая на меня.

Теперь король гоблинов был тёмно-болотного цвета. Его трясло, он скрипел зубами, пытаясь меня предупредить взглядом, что всё будет скоро плохо.

— Ну как же так! Какой же Гоб раззява!

Не углядел в борще лютейшую отраву!