Книга Где моя башня, барон?! Том 7, страница 23 – Антон Панарин, Сергей Харченко

А далее будем наблюдать.

* * *

Недалеко от Главного корпуса, на скамье стадиона, пару минут спустя

Телефон наконец-то ожил, и Лев Иванович принял звонок.

— Ну что, как всё прошло? — тихо спросил он, наблюдая как на стадионе проходит урок физической культуры. — Съел?

— Ага, сожрал всю порцию, — услышал он радостный голос повара. — Да ещё и спасибо сказал.

— И что? Подействовал твой корень циуса?

— Да, Лев Иванович, действует, — довольно сообщил повар.

— Не произноси моё имя, идиот, — зашипел Лев, сжимая телефон. — Мы договаривались без имён.

— Ох, извините, я просто так волнуюсь, — произнёс повар.

— Так он сдох уже? Что ты вечно недоговариваешь? — раздражённо спросил Лев.

— Я же говорил, нужно время, — выдавил повар. — Через полчаса его кровь закипит, и он скоропостижно сдохнет.

— А если успеет найти противоядие? — с сомнением спросил Лев Иванович, нервно закуривая сигарету. — Вдруг он успеет принять его?

— Да как успеет? Я сыпанул… — голос повара стал тише, — … просто конскую дозу яда. Процесс уже пошёл, а противоядия от корня циуса нет, насколько мне известно. Ему точно капец.

— Всё, добро. До связи, — хмыкнул Лев Иванович.

Когда телефон просигналил сброшенным звонком, он положил его на скамейку, пыхнул сигареткой, и потёр ладоши от предвкушения хороших новостей. Они скоро придут.

Пусть он сыграл и втихую — Дёмин ведь просил его не вмешиваться — но игра стоила свеч. Да, он нарушил закон ордена, неподчинение приказа старшего. Но ведь в то же время он убрал с дороги опасного ублюдка, которого уже начали побаиваться некоторые братья.

А победителей не судят. И палачей никто к нему не зашлёт, конечно же. Да и Дёмин похвалит его, точно похвалит, он не сомневался.

* * *

Я вышел из столовки в компании с Ильёй. Он принялся о чём-то говорить, а я в это время отправил Гоба, чтоб он проследил за смуглым поваром. Передал ему ментальные указания. Ничего не предпринимать, кроме наблюдения, всё запоминать, ничего не красть и никого не колоть кинжалами.

Гоб умчался выполнять приказ, правда, без особого энтузиазма. Столько запретов сразу он давно не получал.

— Что-то ты какой-то задумчивый сегодня, Владимир, — заметил он. — Обычно поддерживаешь беседу. А тут будто пропускаешь мимо ушей. Что тебя беспокоит?

— Да всё отлично, Илюха. Просто задумался о бандах. Бородин ещё не показывался, — поделился я своими более ранними мыслями. — Видно понял, раз я сделал Аляпьева, лучше со мной не ссориться.

— Я тоже об этом думал. Но помнишь, что Мишаня сказал? Бородин более адекватный, — подметил Илья.

— Все они адекватные, пока не почувствуют угрозу, — ухмыльнулся я в ответ, и почувствовал возвращение Гоба. Он принёс хорошие новости, судя по довольному хихиканью.

— Думаешь, будет наезжать? — озадаченно посмотрел на меня Илья.

— Вряд ли, попытается поговорить и выставит свои дебильные условия, — логично предположил я. — Я пошлю его нахер, он разозлится. И… бац. Также пострадает, как и Аляпьев.

— И ты понимаешь, что будет потом? Эти ублюдки держали всех в узде, — произнёс Илья, пиная пожухлые листья. — А потом начнутся волнения… Всегда есть среди аристократов как порядочные в хорошем смысле, так и порядочные сволочи. Деньги портят не всех, но, увы, такое встречается часто.

— Полностью согласен. Из тебя вышел бы неплохой и справедливый лидер кампуса, — заметил я, когда мы выходили из парка. — Здраво рассуждаешь.