Книга Где моя башня, барон?! Том 5, страница 85 – Антон Панарин, Сергей Харченко

— Владимир, ты… кхм… — ослабил галстук Черняев и прожёг меня взглядом. — Ты уверен, что здесь все трофеи из башни… из самой большой башни за последние десять лет?

— Да мне почём знать, насколько она большая среди всех башен, которые появлялись за последние десять лет? — улыбнулся я. — Дмитрий Алексеевич, мы ведь с вами договаривались вроде — я передаю вам трофеи, то, что ваше по праву, а вы платите мне солидную сумму за три башни. У нас же был договор.

— Верно, — князь вновь зацепился за меня взглядом. Ну вот чего он добивается? Что я признаюсь? Кинусь ему в ноженьки и скажу, что глупость сморозил и чёрт попутал? Вот остальное? Зря старается, у меня такая выдержка в этом плане, что ему и не снилось. Да и в ноги я никому не собираюсь падать. Пусть даже сам Инферно придёт ко мне с Мечом Вершителя Судеб. Плевать мне на статусы и угрозы.

Князь отлепил от меня свой взгляд, передал две красные жемчужины своему оцценщику. Тот нацепил забавный окуляр на глаз, скрючился над камешками, тем самым становясь похожим на мутанта. Всмотрелся он в камни и подтвердил изх подлинность и свежесть.

Затем пришёл черёд стрекозы, которая также удостоилась тщательной проверке. Но её оценщик взял специальными ментальными клещами. Держа на весу он прислонил несколько щупов, а затем довольно кивнул:

— Артефакт из башни, Ваше Сиятельство. Судя по всему, этой.

— Славно, — сухо ответил князь. — Можете все выйти погулять. Мне надо с бароном перекинуться парой слов.

— Но Дмитрий Алексеевич, он может… — начал было один из громил.

— Не может, Петя, — улыбнулся краем губ Черняев. — Оставь нас. Это ведь не просьба.

Когда мы остались одни, князь слегка наклонился ко мне, вглядываясь в меня.

— Ты ведь что-то скрываешь, да? — тихо и зловеще произнёс он. — Это ведь не все трофеи? Ведь не может быть так мало. И где карта?

— В этот раз карты я не нашёл, — спокойным тоном произнёс я, забывая добавить, что именно для него я не нашёл карты.

Что-то вроде салютика и вдохновляющей надписи типа: «Герой башни, поздравляю! Ты большой молодец! Мама и папа не зря зачали тебя в тот памятный день в раздевалке бутика „Ажурные рейтузы“!»

— Не было карты? — Черняев слегка покраснел, задрожал, но сдержался и громко захлопнул сундучок. — Странно… это очень странно. Может был не один сундук?

— Может, Дмитрий Алексеевич. Всё может быть, — произнёс я.

— А Юсупов?.. Он не мог забрать? Это ведь ещё те хорьки. Ты их плохо знаешь. Вечно хитрят и строят интриги, — прошипел с ненавистью в голосе Черняев. Было видно, насколько искреннюю неприязнь питает он к этой семейке. — И то, что их сынишка выжил… А ведь он мог, да. Незаметно… Оп!

Взгляд Черняева изменился. Теперь он фанатично посматривал в окно, постукивая пальцами по сундучку.

— Надо бы поговорить с этим княжичем. Я их как раз приглашаю на завтрашнее торжество. И ты приходи, я ведь обещал, — натянуто улыбнулся Черняев. — Вот вместе с ним и побеседуем. Прижмём аккуратно к стенке…

— Я не буду вставать между двух огней, Дмитрий Алексеевич, — сразу предупредил я, обозначая границы. Я не его слуга и не ведомый, чтобы мной вот так искусно манипулировать.

А может это его тонкая игра? Может он хотел меня подловить таким образом? Вроде того, что я обрадуюсь, что можно свалить на Юсуповых?