Книга Восхождение Плотника. Том 2, страница 16 – Антон Панарин

И в эту секунду я потерял контроль.

Обжигающая боль прострелила ладонь, заставив меня отдёрнуть руку от ствола. Кожа на ладони лопнула. Точно в центре, где секунду назад была горошина. Крохотный разрыв из которого выступила капля крови. Вокруг кожа покраснела и вздулась, как от ожога. Боль была резкой, как от пореза стамеской по неосторожности.

— Так вот о чём говорила Пелагея, — прошептал я глядя на рану.

Ведьма предупреждала что потеря концентрации может ранить тело. У меня лопнула кожа от крошечного потока живы, что стало бы с Пелагеей утрать она контроль во время сушки брёвен? Страшно представить.

Я снова потянулся к яблоне, не пытаясь сформировать узел, а просто поглощая живу для ускорения метаболизма. От этого рана на ладони отозвалась покалыванием.

— Ярый! — окликнул меня голос с крыльца.

Я обернулся, и увидел Древомира стоящего в дверях.

— Борзята заезжал. Сказал ещё столы нужны, — сообщил мастер. — Если за месяц управимся, по два с половой золотых за штуку заплатит.

Вот это поворот. Видать Борзята нашёл выход на богатых покупателей. Скорее всего это боярский двор или купеческая гильдия, а может и до самого князя добрался. Я бы не удивился. Купец весьма ушлый гражданин.

— Сколько нужно столов? — уточнил я.

— Сущие пустяки. — Хмыкнул Древомир. — Всего то двадцать штук.

Я тяжело вздохнул. Рука ранена, Петруха ещё не оклемался, слизень сгорел, а нам нужно сделать двадцать столов, да ещё и за месяц. Шансы на успех стремились к нулю. Правда мысль о пятидесяти золотых грела душу заставляя желать их получить любой ценой.

— Да, не вовремя моя халупа сгорела, — протянул я почёсывая затылок.

— Пожарища вовремя не бывают, — бросил Древомир сложив руки на груди и спросил, — Чё делать-то будем?

— Собирать телегу. — Улыбнулся я. — Используем для каркаса оставшиеся дубовые доски. Колёса из сосны, а потом погрузим дубовый куб в телегу и я поеду добывать самый важный ингредиент.

— Тогда пошли. Чего кота за бубенцы тянуть? — сказал Древомир и поковылял к мастерской.

Я двинулся следом, придерживая перевязанную руку. Большой заказ действовал как адреналин, отодвигал боль на второй план и заставлял думать о работе.

Сегодня меня назначили подавалой, ведь с одной рукой работник из меня так себе.

— Стамеску. Киянку. Лобзик. — Командовал Древомир деловито выставляя руку в сторону.

На меня он даже не смотрел, просто ждал пока получит инструмент и продолжал трудиться.

Оставшихся дубовых досок нам хватало с лихвой. Каркас телеги сколотили на улице и вышел он на загляденье! Ровный, тяжелый с углублением под дубовый куб, чтобы он не дай бог не вывалился по дороге. Закончив с каркасом, перешли к осям. Их Древомир тоже выстругал из дубовых досок, после чего доски закончились.

— Колёса из чего будем делать? — спросил Древомир почесав бровь.

— Из ели, её не жалко, — ответил я указав на горбыль в углу мастерской. — Вырежем четыре круга, по два на ось. Ступицы выточим из берёзы.

— Дурень. Еловые колёсики треснут как пить дать. Порода то мягкая. — Буркнул Древомир. — Хотя, всё равно у нас другой древесины нет.

— Вот и я о том же. — Улыбнулся я.

— Поумничай мне тут.

Работу распределили по уму. Я подносил материал, Древомир делал всё остальное, порой покрикивая на меня.

Продольные балки он вытесал из двух толстых досок. Каждая длиной в полтора аршина, то есть около метра. На концах вырезал пазы под поперечины.