Книга Дракон под прикрытием, или Как я стала Хозяйкой Острова, страница 81 – Аннет Дэни

— Но она умерла.

— Да. Она умерла. И это огромное горе. Но это не твоя вина. Ты не мог ничего сделать. Ты был маленьким. Ты был беззащитным. Ты был просто мальчиком, который потерял маму.

Он молчал. Его лицо оставалось каменным, но что-то в глазах дрогнуло. Какая-то трещина, как на этой скале. Маленькая, но глубокая.

— Ты двадцать два года носил это в себе, — сказала я. — Двадцать два года винил себя в том, в чём не был виноват. Ты прятался в подвале, спал на золоте, отгораживался от мира. Но мир не наказывал тебя, Ашер. Ты сам себя наказывал. Хватит. Пора остановиться.

— Я не знаю как.

— Просто скажи это. Вслух. Скажи: «Я не виноват».

Он смотрел на меня, и его губы дрожали. Дракон, который умел дышать огнём, который мог разнести этот утёс в пыль одним ударом хвоста, который пережил покушения и интриги, стоял на краю скалы и не мог произнести четыре слова.

— Я не... — начал он и осёкся. — Я не... виноват.

Волны внизу разбились о скалы, и ветер на секунду стих. А потом завыл снова, но теперь в его вое не было тоски. Только печаль. Чистая, светлая печаль, которая приходит, когда наконец отпускаешь то, что держал слишком долго.

Ашер опустился на колени прямо на камни. Я села рядом с ним, обняла его за плечи, и мы долго сидели так, на краю обрыва, над тёмными волнами. Он не плакал. Драконы не плачут. Но его плечи дрожали, и дыхание было прерывистым, и он держал мою руку так крепко, будто боялся, что я исчезну.

— Спасибо, — сказал он наконец. — За то, что выслушала.

— Это не всё, — ответила я. — Теперь моя очередь.

Он поднял голову.

— Ты знаешь, что я была под судом, — начала я. — Знаешь, что у меня долги. Но ты не знаешь, откуда они взялись. Почему я стала ведьмой-неудачницей, которая подрывает лаборатории и не может удержать ни одной работы.

— Ты не неудачница.

— Дай мне закончить. — Я набрала воздуха и посмотрела на море. — Когда мне было двенадцать, в нашем доме случился пожар. Я была дома одна. Родители ушли к соседям, меня оставили с младшим братом. Ему было четыре года. Я хотела показать ему фокус, маленькое заклинание, которому меня научила бабушка. «Искра». Самое простое заклинание на свете. Но я вложила в него слишком много силы. Слишком много магии. Загорелась занавеска, потом ковёр, потом...

Я замолчала. Ашер не перебивал.

— Я вынесла брата на улицу. Он был жив, почти не пострадал. Но дом сгорел. А родители вернулись раньше, чем я ожидала. Они увидели дым и бросились внутрь. Думали, что мы там. Отец вытащил мать, но сам... Он надышался дымом. Умер через несколько часов. Мать прожила ещё два дня. Она сказала мне перед смертью, что я не виновата. Что это был несчастный случай. Но я знала: если бы я не зажгла эту искру, ничего бы не случилось. Мои родители были бы живы.

Теперь молчал Ашер. Его рука сжала мою ладонь.

— Меня не судили за это. Бабушка сказала, что я была ребёнком и не понимала, что делаю. Но магическая Гильдия внесла меня в чёрный список. «Нестабильная магия. Опасна для окружающих». Поэтому меня не брали на работу. Поэтому я не могла получить нормальный диплом. Поэтому я жила с долгами и взрывала лаборатории. Я сама себе вынесла приговор. Такой же, как ты.

Ашер поднёс мою руку к губам и поцеловал. Без искр. Без магии. Просто поцеловал.