Книга Дракон под прикрытием, или Как я стала Хозяйкой Острова, страница 12 – Аннет Дэни

Чайник не слушался. Он вырывался, плевался кипятком и норовил ударить дракона носиком по голове. Ашер уворачивался с мрачной сосредоточенностью, и в его золотых глазах горело пламя — в прямом смысле. Зрачки вытянулись в щёлочки, и от них исходил жёлтый свет, как от кошачьих глаз в темноте.

— Доброе утро, — сказала я.

Ашер обернулся. Чайник воспользовался моментом, вырвался из его хватки и с победным свистом улетел в открытое окно. Мы проводили его взглядом. Где-то далеко внизу, у подножия скалы, раздался звонкий «дзынь».

— Это был мой любимый чайник, — сказал Ашер.

— У вас был любимый чайник?

— Теперь нет.

Я вошла на кухню, стараясь не наступать на осколки. Плита гудела, распространяя жар, и возле неё было почти уютно. Я заметила на столе следы недавней битвы: мука рассыпана, яйца разбиты, масло подгорело. И посреди всего этого, тарелка с чем-то, что отдалённо напоминало омлет. Очень отдалённо. Как троюродный брат омлета, которого никто не звал на семейный ужин.

— Вы готовили завтрак? — спросила я.

— Пытался.

— Для меня?

— Для нас. Я тоже ем.

— Вы же дракон. Вы едите... ну, сырое мясо. Или что там едят драконы?

Ашер посмотрел на меня с выражением, которое я не сразу расшифровала. Потом поняла: это была обида.

— Я — цивилизованный дракон, — сказал он. — Я умею готовить. В теории.

— А на практике?

— На практике чайник улетел.

Я не выдержала и рассмеялась. Смех получился громкий, почти истерический, видимо, сказывалось напряжение последних дней. Ашер смотрел на меня с недоумением, но, кажется, не злился. Просто ждал, когда я закончу.

— Простите, — выдохнула я, утирая слёзы. — Просто это... это самое странное утро в моей жизни. Я проснулась в замке, где живёт дракон, обнаружила, что белка украла мои носки и расчёску, спустилась на кухню и увидела, как дракон сражается с чайником. И чайник победил.

— Чайник не победил, — мрачно возразил Ашер. — Это было тактическое отступление.

— Чьё?

— Моё. Чайник преследовал меня.

Я снова рассмеялась. Ашер вздохнул и отошёл к плите. На нём была та же чёрная рубашка, что и вчера, но застёгнутая ещё более криво, и я заметила, что у него на спине, между лопатками, проступает чешуя — мелкая, чёрная, блестящая. Видимо, готовка его нервировала.

— Садитесь, — сказал он. — Я приготовлю новый завтрак.

— А чайник?

— У меня есть запасной.

Он открыл шкаф, достал другой чайник, на этот раз медный, с длинным изогнутым носиком и поставил на плиту. Чайник не взлетел. Это обнадёживало.

Я села за стол, подальше от осколков, и стала наблюдать. Ашер двигался по кухне с той же мрачной грацией, с какой, наверное, двигался по полю боя. Каждое действие: взять нож, разбить яйцо, помешать кашу, он выполнял с предельной концентрацией, будто от этого зависела его жизнь. Получалось... ну, не идеально. Но старательно. И в этом старании было что-то трогательное.

— Почему вы сами готовите? — спросила я. — Разве у лорда нет слуг?

— У меня есть дворецкий, — сказал Ашер, не оборачиваясь.

— Дворецкий? Где?

— Здесь.

Я огляделась. На кухне никого не было.

— Я его не вижу.

— Он призрак.

Я моргнула.

— У вас есть призрак-дворецкий?

— Финнеган. Он умер около ста лет назад. От скуки.

— От скуки?! Как можно умереть от скуки?

— Он был человеком. Они хрупкие.