Книга Правила случайных соседей, страница 12 – Эвелин Грин

Лера спала потрясающе сладко. Ей снилась первая персональная выставка: огромный светлый зал, ее картины в красивых рамах и толпа восхищенных критиков. Один из критиков, правда, почему-то настойчиво тряс ее за плечо и повторял ее имя голосом доктора Лебедева.

— Валерия. Просыпайтесь.

Лера недовольно промычала, глубже зарываясь носом в воротник испорченной итальянской рубашки, которая заменяла ей пижаму.

— Валерия, я знаю, что вы меня слышите.

Тон был таким, что мертвый бы воскрес и вытянулся по струнке. Лера с трудом разлепила один глаз.

Над ней возвышался Марк. Он был в своем синем халате, плотно запахнутом на груди. С его влажных, взъерошенных волос капала вода. Прямо на старинный паркет. Выражение его лица напоминало грозовую тучу, готовую разразиться молниями. Его слегка потрясывало.

— Что... что случилось? — хрипло спросила Лера, садясь на пуховике и протирая глаза. — Который час? Пожар?

— Хуже, — ледяным тоном отозвался Марк. Капля воды сорвалась с его челки и упала ему на нос, но он даже не моргнул. — Ледниковый период. Валерия, вы имеете представление о том, как работает водонагреватель накопительного типа?

Лера непонимающе заморгала, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Ну... он греет воду.

— Блестяще. А еще он имеет ограниченный объем. Пятьдесят литров, если быть точным. Можно узнать, с какой целью вы опустошили его до последней капли в пять утра? Вы что, отмывали там слона?

До Леры начало доходить. Она виновато поджала губы, вспоминая, как полтора часа назад пыталась оттереть въевшийся синий акрил с шеи, предплечий и даже из-под ногтей. Горячая вода так приятно расслабляла уставшие мышцы, что она просто... потеряла счет времени.

— У меня краска была в волосах, — пискнула она, чувствуя себя невероятно глупо. — И на локте. Она плохо смывается. Я не думала, что вода так быстро закончится! Я же оставила вам немного!

— Немного? — Марк нервно усмехнулся, скрещивая руки на груди. — Вы оставили мне ровно столько, чтобы я мог устроить себе шоковую криотерапию.

— Ну... это полезно для сосудов, — попыталась пошутить Лера, робко улыбнувшись. — Тонизирует.

Взгляд, которым одарил ее Марк, мог бы заморозить Неву посреди июля.

— Я хирург, Валерия. Мои руки должны быть теплыми и стабильными, а не трястись от переохлаждения перед шестичасовой операцией.

Он развернулся и направился в сторону кухни.

— И куда вы? — крикнула ему вслед Лера, накидывая на плечи плед.

— Греть воду в чайнике! — донеслось из коридора. — Потому что мое утро сегодня начинается явно не с кофе. И да, Валерия!

Марк снова появился в дверном проеме.

— Запишите это в свою книгу отсутствующих правил: водные процедуры для художников ограничиваются пятнадцатью минутами. В противном случае я установлю на бойлер кодовый замок.

Он исчез на кухне, откуда тут же донесся грохот металлического чайника о плиту.

Лера рухнула обратно на свой спальный пуховик и уткнулась лицом в подушку, пытаясь подавить рвущийся наружу смех. Ночное перемирие было официально окончено. Суровая бытовая война разгорелась с новой силой, и, судя по всему, сегодня она велась холодным оружием.