Книга Клуб разбитых сердец, страница 26 – Юлия Резник

— Ох ты же черт! Я побегу. Такой красавчик ее ведет… Он нравится мне гораздо больше той барышни, что была до него. Не вздумай ничего менять!

Я киваю. Муслим реально больше подходит для работы со старшим поколением. Он терпеливый, добрый, ну и привычный к приколам бабулек, которые регулярно ему строят глазки.

Минут через пятнадцать выхожу из-за стола, чтобы посмотреть на тренировку возрастной группы. В конце концов, там моя единственно оставшаяся в живых бабуля. А то, что она находится в зале, где сейчас, согласно данным тренерской программы, должен быть и Матвей — дело третье.

Я себя обманываю, да?

Да, блин…

Спускаюсь в зал. Музыка, звон блинов. Все знакомо до боли. И в то же время… как будто что-то не так. Музыка чуть громче, чуть ярче краски. Или это с моих глаз спала пелена?

Бабуля молоток. Стоит с прямой, как струна, спиной, что-то активно рассказывает Муслиму, а тот кивает с тем самым искренне заинтересованным выражением лица, которое так нравится старшему поколению.

Иду дальше и почти сразу ловлю ожог от чужого взгляда. Невольно замираю, готовая побиться об заклад, что знаю, кто на меня смотрит. Так и есть. Матвей. Стоит у стойки со штангами. Спокойный, собранный, как всегда. Но направленный на меня взгляд совсем… совсем новый. Тяжелый, прямой...

Мамочки! Чего это он?! Облизав губы, подхожу ближе, чтобы поздороваться. Потому что иначе это будет довольно странно выглядеть.

Подхожу, да, а чертовы ноги подкашиваются…

— Привет, — сиплю с широкой глупой улыбочкой.

— Привет. Не ждал тебя сегодня так рано. Ты вчера задержалась, — бросает, не повышая голоса.

Просто так. Как факт. Я на секунду теряюсь. Пристально вглядываясь в его бородатое лицо. Матвей отвечает мне все тем же тяжелым взглядом. О господи!

Машинально облизываю губы и, не думая, делаю еще один шаг к нему, гадая, могло ли случиться так, что мне не показалось, и за мной действительно наблюдал… он? И тогда логично, да, что дрочил он вовсе не на Марину!

«Ага! Как же», — усмехаюсь про себя.

С другой стороны, а почему нет? Я красивая и в хорошей форме. Он это видит. Более того, он знает, как я ее поддерживаю.

— Да мне же теперь некуда спешить, — улыбаюсь дрожащими губами. — Решила позаниматься.

Между нами будто натягивается что-то горячее и почти видимое. В этот раз — без всяких «показалось» искрит так, что впору нести огнетушитель.

Впервые так явно искрит…

Матвей медленно кивает, продолжая удерживать меня взглядом. От этого у меня внутри что-то екает, зажимается. Ну как что-то… Ясно же что, да? Вон и сердце бьётся одновременно где-то в горле и… там. В этом самом месте. Божечки.

Ну, почему он молчит? Это же совершенно невыносимо! И… неправильно.

— Ты, кажется, тоже, — сиплю.

— Что? — Матвей облизывает губы и неторопливо приглаживает бороду.

— Ну… задержался.

Едва отведя взгляд, на этой фразе он вновь резко поднимает ресницы. На дне его глаз мелькает что-то такое, от чего у меня в секунду напрочь сбивается дыхание, а мышцы внизу живота начинают яростно и болезненно пульсировать.

Матвей делает шаг ко мне. Казалось бы, он просто немного меняет свое положение в пространстве, но расстояние между нами сокращается радикально.

— Работа, — спокойно отвечает он. — Бывает.

Ага. Работа. Я видела, как он работал, да... Мои щеки отчаянно вспыхивают. Дыхание сбивается. Исходящий от его тела жар лижет мою кожу. И чтобы не сгореть, мне не мешало бы отойти, но отступать некуда — за спиной стойка с гантелями.